Кай из рода красных драконов 5

— Назови мне своих людей, я не всех запомнил по именам. И вот… — я снял с шеи амулет, который Нишай отнял у колдуна. — Вроде, нам как раз одного не хватало, верно?

Глава 15

Обещанный камень

Тьма всё больше сдавала позиции, пока не ушла совсем, оставив в каменных складках предгорья клочковатый туман.

Было видно, как неспешно строятся в боевой порядок найманы — волчьи всадники и пешие мечники.

Пеших было немного, всего пара дюжин, но их зачем-то вывели перед волками.

Впрочем, даже издали было заметно, что крылатые звери нервничают, пятятся и шарахаются, при попытке выстроить их, как это положено у волчьих всадников — широким полумесяцем. Чтобы потом лавиной — разгон и взлёт.

Я оглянулся и понял, чего не хватает в этой утренней картине — возле входа в Белую гору не было наших волков! Тех, что оставила там младшая дюжина.

Видимо, дикие волки перепугали приручённых зверей, и ездовые попрятались где-то в камнях. Уйти они ночью не могли, слишком темно. Но затаились бедняги.

Хотя… чего я их жалею? Мавика дикие не тронули. Он плотно покушал драконятины, аж лоснится весь. Нализал себе за ночь шубу и теперь потягивается, браво выпятив грудь. Собирается подраться как следует, нахальный зверь.

Кто мешал ездовым присоединиться к поеданию дракона? Струсили? Ну так пусть теперь сидят за камнями голодные.

Сурлан придирчиво оглядел своих воинов на предмет амулетов.

Нишай передал ему вчера четыре своих, но у воинов имелись и шаманские, с перьями, а у охотников — ещё и самодельные, деревянные.

Я слышал, что опытные охотники кое-что понимают в магии. В голодные годы им приходится подманивать и заморачивать дичь, а с охотничьей тропы к шаману не набегаешься.

Нас сопровождали самые матёрые. У одного из них на груди красовалась целая связка оберегов — и редкие шаманские амулеты с изображениями лебедя и гагары, и самодельные резные, и трофейные вайгальские.

— Моим, однако, хватает, — решил Сурлан, возвращая мне амулет найманского колдуна — стальной медальон с синим камнем и гравировкой, висящий на длинном кожаном шнурке.

У колдуна этот амулет свисал до самого пояса, предохраняя от нежелательного размножения, что ли? И мне постоянно мешал, приходилось в штаны его заправлять.

— А ты? — спросил я Сурлана, прикидывая, не укоротить ли шнурок.

Он указал на объёмистый кожаный мешочек на груди:

— Вот что у меня есть. Очень дорого купил позатой зимой. Колдун обещал, что сильнее этого камня нету. Не подводил пока ни разу, однако.

Нишай нахмурился, разглядывая мешочек. Самого амулета не было видно, а мешочек напоминал плотно увязанную сосиску.

Однако как только Нишай открыл рот, чтобы спросить, что это за сосиска, Мавик нагло сунулся мне под руку, и влетел башкой в свисающую петлю.