Кай из рода красных драконов 5

Лиц воинов было не разглядеть, но по напряжённым позам и внезапно установившейся тишине я понял — не спросят, но и не простят колдуну, если он сейчас замолчит.

Понимал я и сомнения Нишая. Меня он ещё как-то принял за ровню себе, но дикари…

Он вздохнул и…

— Это было давно… — начал рассказывать.

Умный, зараза, что скажешь… Понял: воины вольных племён тоже не принимают его так, как надо принять, чтобы утром биться плечо к плечу.

Сурлан держал своих в ежовых рукавицах. Не давал им раздумывать над приказами.

Но Сурлан ранен, а других союзников не завезли, и сейчас надо как-то сплотить отряд. Рассказ о чём-то тайном, сакральном — вполне подходящая штука."

"— Род дракона — очень древний род, — тихо-тихо рассказывал колдун. — И было время, когда его потомки жили одной семьёй, и называли его тогда родом белого дракона. Но пришёл кровавый час, когда род разделился на два….

Колдун замолчал, задумавшись.

В той стороне, где волки жрали дракона, раздался треск ломаемых костей. Башку они ему раскусили, что ли?

— Я расскажу, как читал в летописях, а потом поясню, что сам думаю, — решился Нишай. — Слушайте. Первым властителем этих земель был белый воин, внук самого неба, Тенгри. И было у него три сына — три брата-дракона. Белых. Отец перед смертью поровну разделил между ними земли, которыми владел, хотя младший брат ещё не стал воином, а средний — едва успел ввести в свой дом жену. Старший брат был обижен решением отца. Он считал, что вся земля и вся власть должны были достаться ему, по праву старшинства и воинских подвигов. Он решил убить младших братьев…

Я перестал вслушиваться в ночные звуки. Перед глазами вставали горы и перевалы, изумрудные реки и синие озёра. И белые-белые драконы парили над ними.

Может быть, легенда зародилась во времена владычества над этим миром драконов? Когда Белая гора назначила их «людьми»?

— Выждав до осени, старший брат позвал среднего на пир по случаю праздника урожая, — рассказывал Нишай. — И вероломно зарубил его собственными руками во время военного танца. Старший не знал, что в толпе, среди челяди, прячется под личиной самый младший брат. Увидев, что средний брат умирает, младший сбросил личину. Он подошёл к среднему брату, опустил руки в его кровь и поклялся, что эта смерть станет стеной между честным и бесчестным путём воинов и правителей этих земель. И ни боги, ни богатства, ни людская слава никогда не смогут отмыть невинно пролитую кровь, потому что нет ничего, выше чести. А потом младший брат выбежал из юрты, бросился к своему белому дракону. Старший брат, услышав проклятие, потерял разум от ярости. Ведь мальчишка перечеркнул все его мечты, все надежды на счастливую и богатую жизнь.