Красные туманы Полесья

Кстати, не пощадили они старост и местных полицейских. Районная полиция действовала в Лозе. В селе и двух других деревнях отличились эсэсовцы из роты некого гауптштурмфюрера СС Бонке. — Нарком повернулся к Буторину. — Говоришь, знал бы, кто этот пес, который сжигал живых людей и где он теперь находится? Я скажу тебе. Это начальник районной полиции Мирон Калач, в недалеком прошлом большевик, активист, орденоносец, директор автобазы. Он живет в Гороше, пьет водку и спит с девками, которые обслуживают немецких офицеров в борделе при местном ресторане. Но мы отклонились от нашей основной темы. — Берия кивнул на Платова и продолжил: — Старший майор знает, что меня вызывал товарищ Сталин. Естественно, я прибыл в точно обозначенное время. А он мне в лицо газеты. Мол, что это? Ответа у меня не было. Ну, тут Иосиф Виссарионович разошелся не на шутку. Таким я его не видел никогда. Не буду рассказывать, что происходило в кабинете Верховного, до сих пор не отойду. Только где-то через полчаса он немного успокоился, закурил трубку и спросил, знаю ли я, что в этих газетах? Я ответил, что не в курсе. «Ознакомься! — приказал он и спросил: — Ты же готовишь группу в Минск и Горош?» «Так точно, готовлю, но непосредственно этим занимается товарищ Платов», — ответил я. Тогда товарищ Сталин сказал: «Передай ему, что вся фашистская сволочь, засевшая в райцентре, все руководство этой банды должно быть уничтожено в ходе основной операции. Руководство управы, комендатуры, карательных подразделений и особо Калач. Как это сделают офицеры группы, меня не интересует. Я не приму никаких объяснений, если им не удастся выполнить это задание. Передай товарищу Платову, что это мой личный приказ, за невыполнение которого…» — Товарищ Сталин замолчал, сел в кресло, а потом приказал мне ехать сюда.

Коган вздохнул и проговорил:

— Извините, товарищ народный комиссар, что перебиваю. Мы прекрасно понимаем, что недоговорил товарищ Сталин. За невыполнение задания нас ждет расстрел, даже если мы справимся с основной задачей.

Берия развел руками:

— Я теперь и не знаю, какая задача главная. Но приказ должен быть выполнен. Конечно, Иосиф Виссарионович говорил в состоянии крайней ярости. Никого из вас не расстреляют, если выполнение его приказа окажется действительно невозможным по объективным причинам. Однако приказ есть приказ. Он отдан.

— А что пишут газеты? — спросил Шелестов. — Разрешите прочитать?"

"— Да чего там читать, я доведу, пока ехал сюда, наизусть запомнил. Накропал эти статьи некий белорусский журналист Остап Качеренок. А пишет он о том, что Красная армия под натиском прекрасно подготовленных и оснащенных войск великой Германии терпит одно поражение за другим.