Красные искры света

Кажется, он сделал для себя какие-то свои выводы, не зная всей ситуации, и в этих выводах главная роль отводилась именно брюнету с бледным лицом.

– Дверь была открыта, – отвечала спокойно Ранджи.

– Для чего вы это сделали? – словно продолжал допрос мужчина.

– Играли в автоквест, перепутали локации, – дал следующий ответ Ван.

– Извините, – пролепетала Женя, которой стало очень стыдно.

Мужчина ничего не ответил. В это время цветочная девушка вновь пришла в себя и заплакала.

– Карл… Прости, прости, прости, – повторяла она. Тот приложил палец к своим тонким губам, словно велел ей молчать, взял сестру на руки и отнес в дом, в окнах которого тотчас зажглись огни, прогоняя темноту. Любопытный Олег заглянул за плечо мужчины и вдруг понял, что в прихожей есть несколько дверей, ведущих в разные комнаты. А им всем казалось, что только в одну – в цветочную… Неужели из-за темноты?.. Впрочем, ему до сих пор было не по себе в этом месте.

Ребята тихо заговорили. Настя, правда, молчала, потрясенная встречей с Карлом. Ярослав тоже – он приходил в себя. А еще ему казалось время от времени, что на него кто-то смотрит, и он весь извертелся.

Через несколько минут Карл вышел из дома.

– Вы еще тут? – спросил он без каких-либо намеков на удивление – голос его был ровен.

– Мы хотели извиниться, – голос Алсу звенел от напряжения. Ей, впрочем, как и другим, было весьма неловко. – Мы не…

– Принимаю, – прервал ее Карл. – Можете уезжать. Я не стану вызывать полицию.

– Нам неловко, что все так вышло, – выступил вперед Меркурий и подошел вплотную к хозяину дома. Он сознательно перетягивал внимание на себя, чтобы хозяин дома не обращал внимания на других, вернее, на Настю. Браслет, конечно, Гончий Черной Королевы не почувствует, однако может вспомнить ее по событиям позапрошлого декабря.

– Я помню свое обещание, адрианит, – сказал Карл напоследок на родном языке. – Как только вернут то, что забрали, я вернусь за долгом. Всегда забираю долги, – он склонил голову набок. – Бывает, что жаль делать это, но не в твоем случае. Жди зимы.

– Я не понимаю по-немецки, – вежливо отвечал Меркурий на почти безукоризненном немецком. И на русском добавил: – Я понимаю язык побед и поражений. Сегодня ты проиграл. Цветок был сорван до того, как успел расцвести, – добавил он, касаясь ладонью стеблей высокой травы.

Карл позволил себе улыбнуться, хотя улыбка эта выглядела скорее устрашающе, чем радостно.

– На твоем месте, адрианит, я бы боялся, что все подобные цветки в округе не были вырваны с корнем, – продолжал он все так же на родном языке."

"– Извините, я действительно не говорю на немецком, – вздохнул Мерк, краем глаза видя, что Настя залезла в машину. Кажется, она не хотела этого, но Мерк успел шепнуть Женьке пару слов, и тот усадил ее.