Красные искры света

Помещение было куда больше, чем могло показаться снаружи, и всюду рядами высились стеллажи – с книгами, камнями, аромалампами, маслами, украшениями, картами, декоративным оружием и совершенно непонятными на первый взгляд вещами. Воздух был пропитан тяжелым ароматом восточных тягучих пряностей – как корж домашнего торта коньяком. Приятная мягкая обволакивающая полутьма приветливо распахивала свои объятия каждому из нас. Источниками света, слабого, дрожащего, здесь служили лампы, похожие на факелы, развешанные вдоль стен. Слабо дребезжала на сквозняке музыка ветров – конструкции из нескольких подвешенных трубочек и маятников. Этот же сквознячок заставлял колыхаться и бусинки подвесных ширм, и яркие, с этническими узорами, шторки в дверных проемах.

Первые секунды мы просто осматривались, чувствуя себя попавшими в какое-то совершенно колдовское, как из сказки, место. Воистину, волшебная лавка.

Алсу, которая была весьма чувствительна к запахам, чихнула, и этот незамысловатый звук рассеял чары. Мы как будто пришли в себя – все, кроме Олега. Он как будто бы о чем-то задумался и стоял в стороне, в темноте, сложив руки на груди.

– Ну и местечко, – потер нос Дан. – Экзотичненько."

"– Слабо сказано, – ухмыльнулась Ранджи. Как я говорила, к подобным магическим штучкам она относилась весьма скептически.

– Я давно хотел сюда попасть! – воскликнул Олег, с трудом отрывая взгляд от крутящейся полки с талисманами. – Столько слышал от знатоков про этот магаз… Где, интересно, хозяйка? – он внимательным взглядом окинул стол вдалеке, на котором стояло несколько больших разноцветных свечей.

– Я здесь. Что вы хотели, молодые люди? – раздался тотчас негромкий женский голос: плавный, спокойный, тягучий, как аромат зажженных аромапалочек, притягательный и одновременно опасный.

Браслет на левой руке словно стал плотнее обхватывать запястье, как будто предупреждая, чтобы я не расслаблялась. Да, наверное, это крайне странно, слушать неодушевленную вещь и вообще верить в подобные глупости, но за два года я не раз и не два замечала странности за своим любимым украшением. Иногда оно словно предупреждало меня о чем-то, как будто бы помогало мне, советовало что-то, даже пыталось уберечь. Я никому об этом не говорила, считая, что мои мысли не совсем здоровы, но даже привыкла к такой поддержке серебряного браслета, врученного мне дядей Тимом.

Мы дружно повернули головы вправо – между двумя рядами с полками книг стояла невысокая, достаточно крепко сбитая девушка лет двадцати восьми, на покатые плечи которой был накинут ярко-бордовый палантин.