Красные искры света

– А ты правда хочешь его задать?

– А ты правда не хочешь мне ответить?

Взгляды их скрестились как шпаги. Ситуация становилась совсем уж неприятной.

Яр скорчил недовольную рожу и потянул подругу за руку. Как-никак чувствовал за нее ответственность. Правда, сейчас из него защитник аховый, однако если нужно будет…

Зарецкий попытался загородить спиной Настю, но та легко его оттолкнула. Яр тотчас совсем не по-рыцарски затаил на нее злобу. Он ее тут защитить пытается, а она!..

– Иди куда шел, приятель, – в это время сказал с неприятной улыбочкой брюнет. – И не лезь в чужие дела.

– Это моя девушка, – сказала Настя все тем же ледяным голосом. – Притяжательное местоимение «моя» предполагает, что ее дела – мне не чужие. Еще вопросы есть?

Яр чуть не засмеялся. Да что же за абсурд! Он – ее девушка!

Но еще абсурднее, что он – в ее теле.

А она – в его.

– О, вот как. Твоя девушка оскорбила меня и облила, – сказал зло брюнет, намекая, что кому-то нужно ответить за это.

– Я нечаянно. Подавилась, кха-кха, – дурным голосом заявил Ярослав под пристальным взглядом Насти.

– Можешь облить ее в ответ, – сказала девушка. – Око за око. Шучу, – все с той же интонацией добавила она. – Мы вызовем полицию.

– Что? – не понял брюнет, явно решив, что эти двое – с приветом.

– Опять шучу, – вновь произнесла Анастасия и взяла Ярослава за руку – осторожно, словно боялась сильно сжать. Другой рукой она забрала лежащие без дела на столике купюры, подумав, будто они – Яровы. – Нам пора. До свидания. Кстати, у вас крошки на губе. Быстро пошли отсюда, – прошипела она Зарецкому и потащила за собой к выходу, пока изумленный брюнет безуспешно искал крошки. – Пока он не захотел поговорить со мной «по-мужски»

– Но погоди, – вырывался тот, – ты же деньги взяла! Надо отдать! Давай вернемся!

– Я тебе вернусь! Мне с таким амбалом не справиться, Злорадский.

– Хватит коверкать мою фамилию!

– Хватить вести себя как ребенок!

– Но, блин…

Они спешно вышли из кафе на окутанную осенней дымкой улицу и быстрым шагом направились к светофору.

Солнце мазнуло по их лицам золотом.

– И почему ты сказала, что я – твоя девушка? – сварливо спросил Зарецкий, на всякий случай оглядываясь – брюнет не бросился в погоню.

– Потому, – была скупа на слова Настя.

– Ты могла бы сказать, что сестра!

– Может быть, мне тебя дочкой стоило назвать? – повысила голос девушка в теле парня. Ярослав Зарецкий был едва ли не тем единственным человеком, кто мог довести ее до белого каления всего лишь парой фраз. Талант, ничего не скажешь!

– Лучше бы вообще молчала.

– Лучше бы не плевался в людей.

Они остановились у пешеходного перехода. Стоящая рядом девушка оглядела Настю заинтересованным взглядом. Яр заметил это, схватил Настю под руку и довольно ухмыльнулся.