Красное на красном

Мы послали за священником… Я бы не советовал вам с детьми оставаться в этом доме, тем более на ночь. Вы можете вернуться к вашей матушке?

– Конечно."

"Куда унесло Арнольда? Может, он просто почуял неладное и удрал? В Лаик? В ближайший кабак? К какой-нибудь красотке? Да куда угодно, лишь бы жив был! В изголовье кровати Арнольд соорудил тайничок, болван думал, что жена ни о чем не догадывается, а она знала. Если супруг ударился в бега, он взял золото с собой. А если нет, что ж, оно пригодится ей и детям. Или лучше ничего из этого дома не брать?

Луиза перевернула подушки – они были тяжелыми и холодными, будто целую зиму пролежали в запертом, нетопленом доме. Заветный мешочек оказался на месте, впрочем, она так и думала. Раздались шаркающие шаги – появился священник, старый, грузный, испуганный. Он никогда не видел ничего подобного.

– Святой отец, – Луиза знала цену деньгам, но лучше потерять деньги, чем разум и душу, – это сбережения моего мужа, прошу принять их на богоугодные дела.

Глава 8

Нижняя Кагета

398 год К.С. 4–8-й день Летних Скал

1

Хогберд не обманул, в условленном месте Робера ждали. Гоган-переводчик, двое знатных кагетов – один высокий, толстый и веселый, другой маленький и лысый. Был и почетный эскорт – два десятка седых черноусых красавцев в черном, к седлам которых, несмотря на жару, были приторочены плащи из шкур горных барсов. Робер Эпинэ с некоторой оторопью рассматривал бесстрастные лица, которые показались бы прекрасными, если б не хищно вырезанные ноздри и надменное выражение.

Разумеется, Иноходец знал, что личную гвардию кагетского короля, или, как говорили кагеты, каза́ра, составляют бири́ссцы, но одно дело наспех проглотить записки нескольких путешественников и совсем другое – попасть под прицел хмурых высокомерных взглядов. Бириссцы презирали всех, даже короля, которому служили. Это был странный народ, издавна повелевавший Сагра́ннскими горами и, к счастью, слишком малочисленный, чтобы двинуться в великий поход.

Побывавший в Кагете монах писал, что бириссцы во многом напоминают морских шадов, но обитатели Межевых островов уважают чужое мужество и способны признать первенство иноземца, если тот докажет его с мечом в руке. Бириссцы возводили свой род к Богу-Барсу, и не было заслуги или подвига, которые в их глазах вознесли бы равнинного человека до горных высот, на коих находятся потомки пятнистого владыки Сагранны. Эпинэ ехал на встречу с казаром и не собирался мериться удалью с его гвардейцами, но ощущать себя лошадью среди огромных кошек было неуютно.

Талигоец осадил Шада, ожидая, когда с ним заговорят. Высокий кагет прогавкал что-то приветственное и дружелюбное, маленький разулыбался – меж огромных усов сверкнули белоснежные зубы.