Красная Шапочка и Секси-Босс

А еще было чувство легкости и свободы. Да, именно с Настей не надо было притворяться, подбирать слова или вообще быть немногословным, девушки это любили. Не надо было водить по ресторанам, делать дорогостоящие подарки, возить на курорты.

Он знал, он чувствовал, что этой девушке это не надо. У нее совсем другая мера внимания и любви. Вот о любви Волков задумался в ночь с субботы на воскресенье, когда проснулся и, нащупав рукой спину Насти, с облегчением вздохнул, что она здесь, что она никуда не ушла, не сбежала, не уехала, не вызвала такси.

Она здесь, рядом, спит, повернулась, обняла его за шею, прижалась к плечу и снова засопела. Сергей понять не мог, что это было. Любовь или счастье, или то и другое разом. Было безумно хорошо, а еще немного страшно, что всего этого может и не быть.

Пришлось отпустить ее, но с неохотой, это сделать было надо. Завтра действительно на работу, нужно было просмотреть документы, снова сверить отчеты – в них постоянно напутаны цифры. Волков чувствовал себя учителем в школе, проверяя домашнее задание своих нерадивых учеников.

Еще подготовить список на сокращение кадров, который от него уже требовали в московском офисе. По большому счету, ему было все равно, и увольнять он никого не хотел, совсем не зная коллектива, давать оценки его профпригодности было рано, так, пугал народ.

Но Волков не собирался задерживаться в этом филиале, а указание было сверху дано, и кандидатом на сокращение, естественно, был его заместитель, скользкий лизоблюд Винокуров.

Проследил, как Настя забежала в подъезд, подумал еще о том, как бы там сосед Матвей не пришел вновь признаваться в любви в своей манере. Хотел проводить до этажа, но Настя запретила. Мимо медленно прошли две знакомые бабульки, заглянули в салон, начали что-то обсуждать, качая головами. Наверняка его, да бог с ними.

По стеклу постучали, Волков обернулся, опустил его.

– Слушай, ты легок на помине.

– Чего?

– Вспоминал, говорю, тебя только что. Рука болит?

– А-а-а… Ты это, чувак, я тут подумал, – Матвей подбирал слова, рука еще побаливала, но когда после того вечера немного протрезвел, пришел в ужас от того, что чуть было не натворил.

– То, что ты начал думать, это похвально, только мысли должны быть правильными. Фингал откуда? Бандиты?

– А, да это так, повздорил, – Матвей потрогал пальцами синяк под глазом. – Стремно тогда вышло, я ходил к Насте два дня, прощения хотел попросить, но ее не было дома, Лизка там была.

– Потом попросишь, не сегодня, окей?

– А что, правда ты жених ее, и у вас все серьезно?

– Кто сказал?

– Да весь дом говорит. 151c5d0

– Дом врать не будет, правда.

А вот Волков вновь фантазировал.

– Ты это, полегче с ее папашей, он у нее чувак суровый.

– Сильно?

– Мент на пенсии.

– Серьезно.