Красная Шапочка и Секси-Босс

Кстати, Тамара Васильевна собирала списки, кто что пьет, чтобы заранее закупить алкоголь. У нее там какие-то связи свои, на какой-то базе будет дешевле.

Меньше всего Ветрову сейчас волновало, какой она будет пить алкоголь на корпоративе. Сейчас она была готова выпить любой, без капризов и каких-либо требований. Подошел бы самый крепкий и с раннего утра, чтобы все забыть и ни о чем не помнить. Выпить и не ходить на работу, остаться в кровати, не высовываться из-под одеяла и вообще не думать о том, что было вчера вечером и ночью.

– Так я к тебе зайду?

– Нет, нет, нет. Что ты, ко мне не надо!

Настя прижала папки с документами к груди, даже сделала шаг назад от испуга. Представила, что подруга к ней придет, а там Волков в миленьком полотенце с котиками на бедрах и с влажным совершенным телом после душа. Она должна сегодня – кровь из носа! – найти ему квартиру, чтобы он съехал и ночевал уже там. Жил там и не будоражил ее сознание, и не вводил в ступор и дрожь.

– Может, тогда в кафе на соседней улице посидим, чай попьем?

– Нет, извини, сегодня точно не могу. Кот же у меня больной один дома, я и сейчас вся как на иголках. Не представляю, как он там один, надо было хоть соседку попросить, чтобы присмотрела за ним.

– Ну ладно, давай тогда спишемся, пока, – Катя недовольно пожала плечами, девушки разошлись в разные стороны.

Анастасия поспешила в приемную, нужно было зарегистрировать документы, отдать на подпись, подписанные отсканировать, сделать ксерокопии, а еще посмотреть парочку объявлений о сдаче хорошего жилья на долгосрочный период. С котом она ловко придумала. Да простит ее Маркиз, главное – ему не говорить.

Но то, что случилось сегодня ночью, как-то вообще не укладывалось в голове Анастасии. Не было у нее никогда таких мужчин. Да у нее и мужчин-то, по сути, не было, Ромка, можно сказать, и не считается после Волкова. То, как он целуется, как он трогает, ласкает. Как знает, где целовать, трогать и ласкать, вот что было самое загадочное."

"Он управлял ею, как машинкой на пульте, умело манипулируя, предугадывая, ловя каждое движение, эмоцию, даже интонацию, с которой она стонала. А стонала и кричала Ветрова – дай бог так стонать и кричать всем. И кровать под ними скрипела так, как не скрипела никогда, а причем кровать новая.

После фантастического оргазма на кухонном столе, да простит ее покойная бабушка и Маркиз, который все это видел, Волков забрался к ней в ванную. Продолжил свои умелые ласки там, но делал все уже более размеренно, касаясь пальцами, задерживаясь на груди, сосках, спускаясь на живот, трогая между ног, проникая пальцами. А Анастасия сдерживала стоны, кусала губы, оттого что было так безумно остро и невыносимо хорошо.