Красная Шапочка для Волковых

Поэтому дальше мы заказываем в специальном магазине лечебную мазь и лубриканты и договариваемся с братом, что будем нашу Красную шапочку всё-таки щадить.

Двойное проникновение с ней — просто отдельный сорт кайфа, личный наркотик. Узко, горячо, влажно. Её стоны превращают член в отбойный молоток.

Мы даём малышке день передохнуть, просто любим её по очереди. Я зализываю до струйного оргазма, она кричит, срываясь на хрип, и просто вырубается в тот момент, когда Влад засовывает в неё член. Да, да, по-нашему, это называется — даём отдохнуть.

Невозможно её не касаться, не ласкать, не желать.

Я признаюсь сам себе — со мной такое реально впервые. Несмотря на мою влюбчивую натуру, на то, что всегда стремился искать чувства, а не просто качественный трах.

Вижу, что и у Влада тоже всё не так, как обычно.

Вторая ночь такая же бурная как и первая. Мы с братом несколько раз меняемся местами.

Начинаем, когда Лика сидит на мне киской, выставив попку для Влада, принимает его со стоном, опускается, и целует меня, а потом шепчет сбивчиво, что ей так хорошо, что она хочет всегда вот так…

Она хочет.

Признаюсь, я тоже к этому готов. Всегда. Только её. И именно так."

"Меняем позицию, теперь Лика поворачивается ко мне спиной, я проникаю в её узкую анальную звездочку, силясь не кончить сразу от того как узко она меня стискивает.

Переглядываемся с братом, начиная двигаться вместе, и словно даём друг другу обещание — мы будем любить её и именно так. Долго.

Всегда.

Но, твою мать, мы ведь оба понимаем, что всегда для нас — очень условно.

Скоро нужно будет уходить в рейс. И это большая проблема о которой мы говорим с Владом, пока Лика принимает ванну.

— Она слишком молодая, Ром, нежная, страстная. За каким хреном ей два таких как мы мудака?

— Говори за себя. Не знаю, брат, ты… ты предлагаешь её бросить?

— Нет. Я… я надеюсь, что она сама бросит нас.

— То есть как?

Влад отмалчивается, но я его понимаю.

Смотрю на спящую куколку и думаю, что сейчас мы её разбудим, повезем к бабушке, а там… Хрен знает, что дальше. Прощаться с ней мы еще не готовы. До рейса время есть.

***

Катерина встречает нас пирогами и чаем.

В который раз удивляюсь тому, что бабушка у Лики не ханжа, не начинает причитать, учить уму разуму. Обнимает внучку, потом нас.

Рада встрече.

— Ликуся, детка, прогуляйся до грядок, я забыла лук и зелень, сейчас будет борщ и салат, и отбивные. Таких мужчин, как твои морячки, надо хорошо кормить.

— Ба, я минут на десять выйду, обсуждайте, что ты там хочешь им сказать. Только сильно не ругай!

— Да, чего же их ругать! Спасли тебя и от Хрюнина, и от папашки, недопапашки. Казимир, кстати, узнал. Хрюнин под следствием, отец твой соучастник. Там, помимо твоего похищения еще полно всего. И у Тимура тоже руки замараны.