Красная роза печали

Надежда смутилась:

– Да я так, привыкла Алену высматривать по вечерам, вот и…

Ну, тетя Надя, привыкла она Алену высматривать, да Алена уже пять лет здесь не живет! Стесняется признаться, что ждет не дождется своего Сан Саныча, соскучилась за день.

Сергей вздохнул:

– Эх, меня бы кто так поджидал!

– Не горюй, Сережа, какие твои годы, найдешь себе…

– Да, они сейчас все хотят на «Тойотах» ездить.

Надежда махнула рукой:

– Да брось ты, жить ведь не с «Тойотой», а с человеком.

Она вгляделась в темноту за окном.

– Ой, идет вроде.

– Ну, я пойду, спасибо, тетя Надя, за ужин.

– Иди, хлеба вот возьми на завтрак.

Войдя в свою квартиру, Сергей прислушался. Вот шаги на лестнице, дверь соседей открылась, послышался смех и звук поцелуя. Сергей усмехнулся: ну, дают старички!"

"Подходя к школе, Сергей услышал гвалт, шум, дикий визг и понял: перемена. С одной стороны, это хорошо, учителя не на уроках, всех можно оторвать от дела, а с другой – в такой кутерьме нормально разговаривать невозможно. Он пошел в учительскую, спросил завуча, но Аллы Константиновны в школе не оказалось, ее вызвали в роно. Сергей побродил по коридорам, заглянул в директорский кабинет, его открыли только для представителя милиции. Значит, директриса сидела за столом, убийца вошел, и она его, как видно, подпустила к себе, он достал нож, убил ее, потом уложил на пол, пристроил розу, записку и спокойно удалился, погасив свет и заперев дверь. Тогда это ее знакомый. А может быть, все происходило не так. Убийца подождал ее в комнате перед кабинетом, убил, потом перетащил труп к ее письменному столу, оставил розу, записку и исчез. Но тогда женщина была бы в пальто. Директор ведь оставляет верхнюю одежду не в общей раздевалке, а у себя в кабинете, такая уж у него привилегия. Сергей заглянул в шкаф. Да, пальто висит. Родственники еще не забрали, конечно, кабинет-то все время закрыт. И сейф опечатан, надо у следователя разрешение брать.

Сергей осмотрел пальто. Хорошее пальто, дорогое, почти новое. В карманах ничего нет, забрали, верно, все ребята из района. На столе ежедневник, записи разные о встречах, ну, тут все равно без завуча не разобраться. Что делать, надо искать бабушку из раздевалки, расспросить ее подробно, и, если повезет, он все сплетни узнает и про детей, и про учителей, и про директора.

Справившись у секретаря, как зовут нянечку, Сергей спустился на первый этаж. Перемена кончилась, и в раздевалке наступила блаженная тишина.

– Прасковья Лукинична, вы где?

– Чего кричишь? Тут я, заходи, – из закутка выглянула бойкая сухонькая старушка весьма преклонного возраста.

Сергей представился, предъявил свое удостоверение.

– Да знаю я, что ты из милиции, видно по тебе.