Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Денег он, естественно, не давал, да и откуда они у него? Прошел не один месяц, а он никак не мог найти подходящую работу. Как-то раз он заговорщически подошел к Ирини и сказал:

– Ты знаешь, что многие люди не платят за электричество?

– Как это?

– А вот так. Ставят жучок на счетчик и все: он тормозит движение счетчика. И ты не платишь. Ну платишь мелочь, чтоб никто не догадался.

– Да, ну Федя, – сказал Савва. – Придумаешь тоже. А если поймаешся?

– Никто еще не поймался. Давай попробуем, как это получится.

– А если будет проблема, сам заплатишь, что ли? – язвительно задала вопрос Ирини.

– Да и заплачу! Но, говорю вам, бояться нечего, – уверенно заявлял Дурак.

– У тебя есть деньги? Разве ты уже устроился на работу? – сделала удивленный вид Ирини.

– В понедельник схожу на швейный комбинат. Там точно меня возьмут, – ответил Федя, как всегда, беззаботно.

Жучок он установил. Через полтора месяца неожиданно пришел инспектор, все обнаружилось и пришлось уплатить большой штраф. Конечно, у Феди-Дурака денег не было. Он смущенно помалкивал, когда Ирини высказывала возмущение в его адрес. С того дня она все жестче спрашивала:

– Ну, что Федя, так ничего и не нашел? Не берут тебя на работу?"

"– Ничего, не пойду же я на стройку с такой рукой, – и он, для наглядности, протягивал свое перевязанное запястье. Оно у него, и в самом деле, не хотело заживать, и рана гноилась. Раз в день Федя-Дурак выдавливал из раны с чайную ложку желто – зеленоватой гадости. Ирини его гнала подальше.

– Иди занимайся этим без свидетелей, нечего выставляться своей героической рукой.

Через два месяца, наконец, устроился на курсы в ателье, где его брались обучить раскраивать брюки. И, как ни странно, с горем пополам, но он их закончил. Свидетельство ему не хотели давать не потому, что не мог научиться, а потому что пропускал занятия через раз. В самом деле Федя-Дурак оказался совсем не дурак в деле пошива брюк. Вообще-то, по части со вкусом одеться у него не было проблем, даже угадывался некий шарм в стиле его одежды, которую он попервах покупал на одолженные у брата деньги. Шил он на Ирининой старой швейной машинке, которая с завидным постоянством выходила у него из строя.

Через полгода работы в ателье, Ирини сказала ему больше не трогать ее машинку: пора купить свою, более того: пора найти себе место проживания по другому адресу. Она, конечно, напомнила ему сколько времени он занимал жилую площадь, кормила, поила, терпела его поминутный дикий хохот и все остальное. Бедный Федя понял: все, труба, надо менять местожительство. Никакие его просьбы к брату ему уже не помогут.

– Ну и хорошо, – решил он. – Большое дело! Мне вы тоже надоели выше крыши! Пошли куда подальше! Глаза б мои вас никого не видели.