Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Набрав воздуха, окинув взглядом его и его ухмыляющуюся жену, стоящую руки в боки, отчеканила:

– Жрут собаки и свиньи, и ты вместе с ними, а мои дети едят! И, если они мои дети, то нога их больше не переступит порог твоего дома!

Круто развернувшись, пока они переваривали ее слова, она вышла за калитку. Катя, не сказавшая за все время ни слова, торопливо последовала за ней.

Вернувшись домой, они в подробностях рассказали Наташе притчу о ее алкогольных наклонностях и обжорстве в доме дяди, та не могла прийти в себя.

– Как, мама? Я вовсе не хотела есть, и садиться за стол не собиралась. Но тот дядька, их гость, так настойчиво меня приглашал, что мне стало неудобно не присесть за их стол. Потом тот же мужик, налил мне пиво. Я не хотела его пить. Мне пришлось его попробовать один раз в жизни, когда мы с папой и его гостями ездили в Сочи: он всем купил пива и мне тоже. Так я только сделала глоток и все. Такой неприятный вкус у этого пива. И у дядьки Федьки я тоже только раз для приличия глотнула.

Ирини наигранно засмеялась:

– Видимо, ему жалко стало переведенного пива. И сама не пила и другим целый стакан не достался.

Но Наташе было не до смеха. Она серьезно оскорбилась.

– Хорошо, мама, ты ему ответила. У меня и раньше не было великого желания посещать его дом, а теперь пусть забудет, что у него есть племянница: мне еще не приходилось встречать среди родственников таких жлобов, – сказала она в сердцах. – Спасибо, у меня есть дядя Костас и тетя Марица!

Ирини съездила в Красную Поляну повидаться с Мавриди. С Марицей засиделась чуть ли не до утра. Подруга юности была не в самом лучшем настроении: совсем недавно ее начальник уехал поднимать пчеловодство на Алтай и, по словам Марицы, все переменилось на работе и в ее жизни в худшую сторону. Правда, в подробности она не стала вдаваться, а Ирини не имела привычку лезть в душу.

* * *Вовсю наступала весна. Такая обволакивающая, нежная теплынь плыла над черноморским побережьем. Множество цветущих, ярких деревьев и цветов благоухало вдоль улиц и скверов. Кругом много красок. Красиво! Кому такое не понравится? Ирини обернулась туда и назад домой за две недели и сразу заказала переговоры с сестрой. Предупредила, что едет попрощаться со всеми и, чтобы встречали ее на вокзале четырнадцатого мая. Как всегда, подъезжая к родной Осакаровке, почувствовала неровное биение своего сердца. Люди так волнуются перед встречей с любимым человеком, а она – с любимым поселком.

Кому-то, может, не нравятся бесконечные пустынные степи, без единого водоема, деревьев. Даже травы не всегда увидишь за окном вагона. А все – равно, Ирини часами могла смотреть и смотреть на далекий горизонт, на закат, на чистое небо.

Встречали ее смурая, сразу пустившая слезу, Кики и Ксенексолца с Эльпидой.