Красная линия

– Это что еще за херня, Вегас?

Тот перегнулся через мое плечо, заглянул в кастрюлю, в которой находился салат из оливок, помидоров и авокадо, и громко расхохотался.

– Мой диетолог сегодня впервые за долгое время будет спать спокойно.

– Это ни хрена не смешно! – я швырнул крышку на стол. – И кто мы, по ее мнению? Долбанные кролики? Она вообще в своем уме?! Салат в кастрюле. А почему не в сковородке, блять?

– Прости, дружище, – Эш похлопал меня по плечу своей кувалдой, продолжая давиться смехом. – Я просто не успел рассказать Микки, что мы обычно едим на ужин.

– А у нее глаза на заднице? Холодильник до отвала набит рыбой и мясом! Где ты вообще ее откопал?

– Я же рассказывал – в баре, – пожал плечами Вегас, забрасывая в рот оливку.

Я достал из холодильника маленькую бутылку минералки и моментально осушил ее, приказывая пустому желудку заткнуться.

– Эш, если тебе захотелось южной экзотики, то необязательно сразу тащить к нам в дом девчонку из Саутсайда. Заказал бы ей пива и отодрал в туалетной кабинке, как в лучшие студенческие годы.

– Я не хотел ее трахать, Дэйв! Вернее, сначала хотел, но потом… черт, – Эш запустил руку в свои густые светлые волосы и нахмурился. – Понимаешь, ее глаза… Она выглядела как побитая жизнью бездомная собака. По ее бормотанию я понял, что ей некуда идти, а потом она вообще отключилась. Что я, по-твоему, должен был делать? Бросить ее в баре?

Бездомная собака.

Сукин сын специально подобрал именно это сравнение, чтобы как следует меня разжалобить. Вегас был единственным, кто знал, сколько денег я каждый год анонимно жертвую приютам для бездомных животных.

– Ладно, – отмахнулся я. – Ты прав. Только займись ей, окей? Пусть нормально выполняет свою работу или проваливает. У нас здесь не приют Святой Патриции.

Эш снова оскалился.

– Я знал, что где-то в глубине души ты тот еще добряк!

Я продемонстрировал другу средний палец и направился к выходу.

– Когда я выйду из душа, ужин должен быть на столе, – на ходу бросил я и услышал в ответ о себе много нового.

Глава 6"

"Этим утром я чувствовала себя героиней американского ситкома, которая с самого утра хлопочет на кухне, чтобы накормить свою новоиспеченную семейку.

Но знаете что?

Пять штук баксов на дороге не валяются, поэтому я проснулась в шесть утра под воодушевляющую оперу Вивальди, установленную на моем будильнике, и бодро приступила к своим обязанностям.

Пока я драила непонятно откуда взявшуюся гору грязной посуды, потому что так и не разобралась с навороченной посудомойкой, на экране телефона трижды высветилось имя «Мудак».

Ну надо же, Скотт, пожалуй, впервые за двадцать один год своей беззаботной жизни проснулся в такую рань.

– Да пошел ты! – я ткнула мокрым пальцем в кнопку отбоя.