Красная королева (СИ)

Однажды, еще в бытность свою простым рядовым герцогской охраны, юный де Кунц, возвращаясь слишком рано утром из трактира, попал в центр собачьей свадьбы, где ополоумевшие от весенней радости псы грызлись за любовь ободранной черной «красавицы». Почему-то в сознании одуревших собак произошел сбой, и они приняли Вильгельма то ли за врага, то ли за соперника. Псы были здоровые, массивные и совершенно невменяемые. Отбился барон тогда с большим трудом…

Так вот, даже тогда генерал Вильгельм де Кунц не трусил так, как за столом с этими милыми пожилыми леди. На герцога де Сюзора, который любезно кивнул ему и, улыбнувшись дамам, сообщил: «Миледи, я похищаю вашего кавалера по служебной надобности», барон де Кунц смотрел как на истинного спасителя.

Глава 29

Разговор с герцогом де Сюзором был сложен. От предложенных перспектив Вильгельм де Кунц отбивался, как мог. Между тем герцог не давил на генерала слишком уж сильно. Зато детально и многословно рассказывал неожиданно заинтересовавшемуся Вильгельму о положении дел в государстве и расстановке сил в Большом Королевском Совете.

— … и вот при таком раскладе, барон, мы рисковать не можем. Если бы мы имели поддержку его королевского величества, то планы королевы Элен имели бы шанс осуществиться. Но, увы, ее высочество Ателанита имеет больше сторонников и гораздо легче может повлиять на короля.

Чтобы была возможность вести беседы достаточно часто, герцог де Сюзор отвел в своем столичном доме весьма достойные апартаменты для генерала. Собирались на беседу они обычно после ужина, и Вильгельм де Кунц с удивлением понимал: ему становится все интереснее и интереснее. Чем-то эти рассказы о дворцовых интригах и подковерных играх напоминали ему времена обучения у капрала Кейна. Точно также противники хитрили и изворачивались, могли дать ложную информацию и указать неверное направление.

В задачу же герцога де Сюзора входила обязанность распутать все эти нити мелких интрижек и пакостных заговоров и спрясть из этого прочную и ровную нить выгодного королевству решения. Для генерала после благотворительного бала и личного, далеко не самого приятного впечатления о короле встретить человека столь честного и пекущегося о мощи государства, было большой удачей. Это была именно та черта, за которую Вильгельм так высоко оценил герцога. Роган де Сюзор радел не о своем кошельке или собственном продвижении при дворе, а о благе всего Луарона.

Достаточно быстро барон стал задавать дополнительные вопросы и пытаться понять, что и как можно изменить. Эта игра у подножия трона оказалась весьма захватывающей. А барон де Кунц всегда был игроком азартным.