Красивый. Богатый. Женатый

Или считает себя вправе задавать такие вопросы.

— Я не знаю, — честно отвечаю. — Мы не говорили об этом. Да как-то не до этого было, не находишь? Дима решал твои проблемы...

Видимо, мои слова прозвучали резковато. Я не хотела ее обидеть, но вижу боль в глазах. Да, видимо, ей еще многое предстоит пройти, чтобы избавиться от прошлого. Дымов, как обычно, прав.

— Тая…

— Все хорошо, правда. Я в порядке. — Обнимает себя за плечи и молчит.

— Слушай, Дима мне не все рассказывал, вообще велел не лезть в ваши дела, но я знаю, что парень, который тебя шантажировал, уже задержан. И все записи найдены. Это не мое дело, но ты ни в чем не виновата.

Шантажистом оказался старший брат того подонка, в которого Тая влюбилась, когда ей было восемнадцать. Разбирал вещи и наткнулся на видео, вот и решил подзаработать, был уверен, что Таисия не расскажет «мужу».

— Это тебя не касается, Петра. Хорошо? — чуть громче, чем обычно, проговорила она. — Я сюда пришла не за этим. Просто хочу, чтобы ты знала: даже если вы поженитесь, я никуда не исчезну.

Вижу, она немного зациклена на этом. Хотя я уверена, что Дима ее как мог успокаивал.

— Ваш развод и правда ничего не изменит в ваших отношениях, я уверена. И я уж точно не буду лезть. И… спасибо тебе, что согласилась развестись… это дорогого стоит.

Таисия встала с дивана и сделала несколько шагов к двери.

— Прости за то, что ворвалась к вам тогда… Диму никогда не волновало, что мы формально женаты, он и меня научил к этому относиться как к юридической необходимости. Потом появилась ты, и вдруг все изменилось, я испугалась... Я до сих пор боюсь его потерять, но раз ему теперь важно… я не могла поступить иначе.

Глава 58

Два месяца спустя

— Эмили, солнышко! Беги скорее, крестный уже приехал! — Голос Надежды Громовой, жены нашего вице-мэра и мамы юной именинницы, звучит чересчур бодро. Сама же Надя неловко поглядывает на меня.

— Точно? — откуда-то сверху доносится капризный голосок. — Если он с рыжей феей, то я не спущусь!

Чувствую, как стоящий рядом Дымов напрягся. Надежда виновато улыбнулась и заторопилась вверх к дочери.

— Петра, извини, пожалуйста. — Она оглядывается на меня, уже стоя на лестнице и придерживая подол своего элегантного вечернего платья. — Эмили еще слишком маленькая, и она очень любит Диму.

— Понимаю, я тоже очень люблю Диму. — Широко улыбаюсь в ответ. — И тех, кого Дима любит, я тоже люблю!

Последние слова ударяются в спину Надежды, но произнесены они были не только для нее.

— Проходи, пожалуйста, на веранду, а я буду скоро. — Дымов вручает мне подарок, который мы на пару вчера выбирали этой мелкой поганке, а сам вслед за Надеждой идет на лестницу.

— Ты уверен? — Прижимаю к груди блестящую коробку с огромным атласным бантом наверху.