Красиво разводятся только мосты

Конечно, он тоже неидеальный, как и все мы. Может, в сердцах шесть лет назад он и ляпнул что-то, не подумавши, может, даже так и собирался сделать, но всё, что он делал сейчас, говорит о другом.

— О чём? Что это действительно просто — соблазнить женщину? — горько вздохнул Романовский. — Немного внимания, немного заботы, чуть-чуть романтики, много красивых слов…

— Тебя приятно слушать, когда ты говоришь правду.

— Правда в том, что ты действительно ему дорога, — покачал он головой. — Как бы ни трудно мне было это признать, но дорога. И мне тоже. Для меня нет никого дороже тебя.

— Ты просто её ещё не видел, — улыбнулась Аврора. — Свою внучку."

"Она вздохнула. Выдернула из коробки несколько салфеток, забрала бокал, вытерла его руку, отряхнула пиджак, промокнула мокрую штанину. Прижала к себе его седую голову. Взъерошила волосы. Потом пригладила. Поцеловала в макушку.

— Ты свозишь её во все музеи мира. Расскажешь всё, что знаешь сам. Всё, что когда-то рассказывал мне. Будешь встречать её из балетной школы. Или отводить в музыкальную. Будешь слушать её истории про мальчишек. Прикалывать на холодильник её рисунки. Рассказывать на ночь сказки. Поверь, лучшее, что есть в твоей жизни, ещё не случилось. Но ты можешь позволить ему случиться. Всё в твоих руках.

— А ты? — поднял он голову.

— А я буду за вас радоваться. А если понадоблюсь — буду рядом.

Глава 73

Два месяца спустя…

— Малыш, там к тебе! — вошёл Демьян в шатёр.

Заставленный канистрами, холодильниками, инвентарём, сколоченный из грубых досок в едином стиле с остальными двумя залами, шатёр выполнял роль служебного помещения.

— Ко мне? — удивилась Аврора. Потом вспомнила, обрадовалась. — Ирка?

Демьян кивнул, остановился у разделочного стола, подставил лицо под вентилятор.

— Ну и жара! А обещали, в Москве будет прохладно.

Лёгкие шторы шатра, где Аврора взялась помогать с нарезкой, раскачивало ветерком. Пахло пловом, ванильным кремом, жареным мясом, свежими огурцами — на кухне кипела работа. Там что-то пекли, варили, жарили, раскладывали по тарелкам: все пятьдесят столов закусочной, одной из двенадцати, построенных Демьяном для фестиваля, за три дня ни разу не стояли пустыми.

С утра ещё сонные, без грима и костюмов, подтягивались участники — выпить кофе со свежей выпечкой, взбодриться перед началом трудного дня. В обед их было уже не узнать — кузнецы и плотники, фрейлины и бравые гусары, викинги в кожаных штанах, рыцари в доспехах — крупнейший фестиваль исторической реконструкции поражал воображение масштабами.

Аврора и не представляла, что фестиваль будет проходить на двенадцати площадках, что его гостями станут более трёхсот тысяч человек, что вокруг, в исторических декорациях будут идти турниры и светские приёмы, дуэли и полномасштабные сражения.