Краш-тест для майора (СИ)

 — Отслоение сетчатки при таких травмах обычное дело. Потом зрение не восстановите. У вас уже зрачок на свет не реагирует, — несу я первое, что приходит в голову.

— Настя… — отводя в сторону, шепчет мне Тамара Львовна, — Откуда я ему офтальмолога возьму? У нас штатного то нет.

Знаю!

— Я сама вызову, пусть лежит.

Минус два…

— Поторопитесь, Анастасия Андреевна, дело не ждёт.

— В первую процедурную, Лёш.

— Она же закрыта.

Да, давно закрыта. Здание старое. Клиника тут уже много десятков лет. И первая процедурная без ремонта. Там уже морально устаревшая техника. В том числе и аппарат ЭШТ. Еще рабочий, но используемый крайне редко.

— Я открою.

Каталка тихо скрипит. Гузов и еще один идут следом за ней. Мне страшно, что беспомощный Сергей остаётся с ними наедине. Но мне нужно пару минут без их присмотра. Забираю баллон, физраствор, шприцы, несколько ампул, ключ от процедурной.

Подхватывая стойку капельницы качу её следом.

Можно вырубить свет во всем отделении. Но что это решит? На щитке быстро включат обратно. А более капитально я не смогу. В электричестве я полная блондинка, хоть и шатенка. Придется махать тем оружием, которым владею в совершенстве.

Перебирая варианты спешу в процедурную.

И пока что ни одной рабочей идеи, кроме как наотрез отказаться проводить процедуру. Но тогда его отформатирует криворукий Евгений Павлович, который не рассчитает правильно ток. И как требует Глеб, расплавит Сергею мозг, а не только лишит памяти.

Возможно, мне всё-таки придется это сделать…

От злости на Зольникова мне даже хочется немного щёлкнуть его разрядом, чтобы наконец-то пришёл в себя!

Сергея уже переложили на кушетку процедурной и санитар фиксирует его ремнями. Молча устанавливаю очередную капельницу с детоксом.

Зачем, Настя??"

"Неужели ты собралась без наркоза его пытать током?! Посмотри, он уже привязан ремнями. Ты же не думаешь, что тебе позволят их расстегнуть? Даже если каким-то чудом ты его сможешь освободить, ты же не думаешь, что он справится с двумя здоровыми вооруженными мужиками после тиопентала? Дай бог на ногах сможет удержаться, не больше. Ты же в отличие от него, понимаешь, что он не всесилен и бессмертен.

Вздыхаю…

Он открывает глаза. Не моргая смотрит на моё лицо. Крепкий мужчина… даже тиопентал его не берет! Раньше проснулся, чем положено.

Глаза какие… Умереть нестрашно под его взглядом. Но если я сделаю то, что они от меня требуют, Сергей, скорее всего, забудет меня навсегда… От этой мысли грудь мою сводит, и нос начинает щипать. Вытирают тайком навернувшиеся слёзы.

Хочу, чтобы помнил меня…

Какая тебе будет разница, дура? Лучше самой все сделать щадяще, чем отдать его криворукому врачу! Смотрю на капельницу. «Зачем?» — спрашиваю себя в очередной раз и не нахожу ответа.