Неукротимая красавица

Когда я сказала матери правду о причине разрыва с Патриком, она не только не поддержала меня, но еще и отчитала: мол, не оценила великой чести, оказанной Джеймсом Стюартом. Она, не знавшая других мужчин, кроме моего отца, соловьем разливалась о высокой «чести» стать королевской любовницей! Тошнит меня от них, но именно я должна принести в жертву свое счастье ради их благополучия. Но я не пожертвую этими последними днями, часами с тобой. Я знаю, что, после того как ты покинешь Шотландию, мы никогда уже не увидимся. Я чувствую это! Судьба обрекла нас на разлуку, но все время до нее я проведу с тобой!

Его руки сомкнулись вокруг нее.

– Чем я заслужил такую любовь, моя милая Катриона Майри?

Часы на каминной полке пробили пять раз, и она воскликнула:

– Господи боже! Мы ведь опаздываем к обеду. Что подумают Гордоны!

Кэт дернула шнурок звонка и, высвободившись из объятий Ботвелла, встала с кровати.

У него перехватило дыхание от совершенства ее тела. После того как она лишилась длинных волос, открылась великолепная линия шеи и спины. Ботвелл знал множество красавиц, но ни одна из них не могла соперничать с ней. Он не хвалился успехами у женщин, но был чертовски горд, что самая лучшая из них любит его.

На звонок явилась Сюзан, из скромности поставила ширму, за которой принялась помогать одеваться своей госпоже. Приставленный к Ботвеллу слуга тоже кинулся прикрывать интимные части хозяина, когда тот поднялся с разворошенной постели, но по горящим щекам служанки понял, что опоздал с этим. Не в силах устоять перед искушением, Ботвелл подмигнул девушке, и та чуть не рухнула в обморок.

– Черт бы тебя побрал, Френсис! Прекрати дразнить Сюзан! У нее аж пальцы онемели от страха. Нет, дитя мое, не это, дай подвеску!

Ботвелл облачился в килт, и Катриона, оглядев его с ног до головы, не преминула отметить:

– Что за дьявольщина! Да у тебя, оказывается, самые красивые ноги из тех, что мне приходилось видеть в килте.

Он плутовато улыбнулся.

– А у вас, мадам, зато самые красивые… – Увидев ее предостерегающий взгляд, он замолчал, а потом все же закончил: – Да-да, моя дорогая, именно они!

Не удержавшись от смеха, Катриона воскликнула:

– Ты совершенно невозможен! Проводи лучше меня вниз, а то я умру от голода.

Они спустились из отведенных им апартаментов в главный зал замка, где их уже ждали хозяева. Граф Хантли был уверен, что Ботвелл и Катриона не захотят, чтобы их видели вместе, поэтому к обеду никого больше не приглашали.

Джордж Гордон, которого знали под забавным прозвищем Северный Петух, состоял в родстве с королем. Катриона встречалась с ним при дворе, в то время как свою жену он мудро держал подальше от короля.