Неукротимая красавица

Сегодня он велел приготовить особенный изысканный ужин, и повар не подкачал. Они начали с охлажденных сырых устриц, которые Катриона обожала, а закончили слоеным тортом с ранней земляникой из оранжерей Эрмитажа.

Катриона не страдала отсутствием аппетита, и Ботвелл, забавляясь, подкладывал на ее тарелку самые лакомые кусочки, а когда она насытилась и ополоснула пальцы в специальной вазочке, делано-серьезно произнес:

– А теперь, мадам, пришло время расплачиваться за ужин.

Френсис взял ее за руку, проводил к диванчику возле камина, усадив, провозгласил:

– Для начала я набросаю твой портрет, дорогая, и потом, возможно, вылеплю восковую фигуру, а там, глядишь, в камне изваяю.

– Боже мой! Так ты еще и скульптор! – рассмеялась Кэт. – Вот откуда пошли эти дурацкие слухи о восковых фигурах. Вот почему тебя подозревают в занятиях черной магией! Ох, какие же идиоты! Идиоты и невежды!

Лицо Ботвелла исказила гримаса.

– Ну да. Недоброжелатели изо всех сил стараются убедить моего бедного доверчивого кузена Джейми в том, что я леплю из воска его фигурки, чтобы потом втыкать в них иголки.

Положив на колени мольберт, он прикрепил к нему лист бумаги и начал работать карандашом.

Катриона сидела совершенно неподвижно и с трудом верила, что это происходит с ней. Ей и в голову не могло прийти, что такое счастье возможно. Кажется, предложи он ей спуститься в ад, сойти в геенну огненную, пойдет не задумываясь. Ее взор не упускал ни одного его движения, и она покраснела от мыслей, которые обуревали ее. С каким бы удовольствием она лежала сейчас с ним в постели, вместо того чтобы позировать! Он поймал ее взгляд и с улыбкой отложил работу в сторону.

– Ты просто читаешь мои мысли! – обрадовалась Кэт.

– Это не так уж трудно, когда ты краснеешь. Кроме того, мои собственные следуют в том же направлении. – Он встал и протянул ей руку. – Пойдем, моя сладкая, на ложе нашей любви.

– Но почему все так странно? Тринадцать лет я жила с Патриком вполне довольная и удовлетворенная, но с тобой… – Кэт помолчала, наконец нашла нужные слова: – С тобой все совершенно по-другому – как-то ярче, теплее, что ли…

– Ты всегда любила Патрика?

– Он был единственным мужчиной, которого я когда-либо знала. Грейхейвен расположен на отшибе, так что гости бывали там нечасто. Нас с Патриком обручили, когда мне было всего четыре года. Он на девять лет старше меня. Едва мне исполнилось шестнадцать, мы поженились, причем я даже не была уверена, что хочу за него замуж. За ним тянулась слава распутника, и он был таким высокомерным!

Ботвелл мысленно усмехнулся, представив, как своенравная Катриона сталкивается с упрямцем Гленкирком.

– Но все же, – между тем продолжала Кэт, – мы неплохо уживались вместе, вроде бы любили и друг друга, и наших детей.