Красавица

Я разделаюсь с формальностями. – Он повернулся ко всем присутствующим, его голос разнесся эхом, отражаясь от панелей на стенах: – Каждый находящийся здесь является потенциальным подозреваемым в убийстве. Каждый из вас может мне лгать. – Его губы сложились в усмешку. – По правде сказать, я не жду ничего иного. Знайте, что я не отступлю, пока не узнаю правду. Львиные Чертоги обладают не большей властью, чем городская полиция Нового Орлеана, несмотря на слухи, которые вас окружают. Как слуга закона я имею полное право принимать любые необходимые действия, чтобы выяснить, почему эта юная дама обнаружена мертвой, а ее тело обескровлено.

При упоминании этого у Селины похолодело в сердце и горло свело.

– Кто-то… выкачал из тела Анабель всю кровь?

Повернувшись к ней, детектив кивнул.

– И использовал эту кровь, чтобы начертить математический символ рядом с ее телом.

– На самом деле я сомневаюсь, что этот символ имеет какое-либо отношение к математике, – сказала Селина, осознание этого придало сил ее голосу. – Куда логичнее предположить, что это буква или какой-то знак. – Сила иного рода наполнила ее. Такая, которой она не испытывала прежде. – Может, даже из какого-то древнего писания.

Брови детектива Гримальди взмыли вверх, прежде чем он успел стереть с лица все эмоции.

– Интересно. И как же вы пришли к данной гипотезе?

– Мой отец – профессор лингвистики. У него в офисе на стене висела таблица, иллюстрирующая эволюцию английского языка. – Селина ощутила, как наполняется возбуждением. Вот какая деталь не давала ей покоя в течение последнего часа. Вот что она никак не могла распознать, но не могла и проигнорировать.

– И вы знаете, что означает данный символ? – напирал детектив.

– Он похож на букву L или C из латинского языка или греческого, но написан неправильно. Словно его наклонили или написали пьяной рукой.

– Понимаю, понимаю. – Майкл произнес эти два слова медленно. Задумчиво.

Селина подняла глаза на юного детектива.

– Вы имеете полное право подозревать каждого в этом зале, но ведь вы не думаете, что я стала бы говорить вам все это, если бы была замешана в убийстве Анабель? Это все равно что сразу признаться, что я и есть убийца.

Сержант Брэди уставился на Селину, точно у нее выросли крылья и появились рога.

– О, да чтоб меня. Эта девчонка только что во всем призналась?

Майкл Гримальди бросил косой, недовольный взгляд через свое плечо.

– На будущее советую вам дослушать до конца, прежде чем делать какие-либо выводы, сержант Брэди. – Он снова повернулся к Селине: – Однако, хочу признаться, я заинтригован вашим поступком.