Красавица

Селина отворила замок и увидела юного детектива, в его глазах как будто зарождалась буря. За его плечами маячили огромный мужчина, который тащил маленькую корзинку, и женщина, чьи плечи окутывала шерстяная шаль, в своих морщинистых руках она держала накрытую тарелку.

Пожилая женщина недовольно выглянула из-за спины Майкла.

– Отойди, caro[131]. – Ее акцент вынуждал ее проговаривать каждую «р» и проглатывать гласные. – И будь так любезен, представь нас. – В ее взгляде появился внимательный огонек.

Когда Майкл не шагнул через порог и не проронил ни слова в ответ, пожилая женщина с усмешкой подтолкнула его локтем, а огромный мужчина начал нагло давиться смехом, который напоминал лай огромного пса.

С неимоверно усталым вздохом Майкл вошел следом за ними в кабинет, его шаги казались на удивление неуклюжими.

– Nonna[132], это мисс Селина Руссо из Парижа. – Он сделал паузу. – Мисс Руссо, хочу познакомить вас с моей бабушкой.

У Селины округлились глаза. Она выпрямилась, пряча записку от Бастьяна в карман юбки.

– Очень приятно познакомиться, мадам Грима…"

"– Ни к чему эту чепуху. Зови меня бабуля. – От улыбки каждая морщинка на ее лбу стала еще заметнее, отчего стало так же спокойно, как от чашки горячего чая. Она прошла мимо Селины. – Я принесла тебе риболлиту[133]. – Она гулко поставила накрытую тарелку на рабочий стол Майкла. – Мама научила меня готовить этот суп, когда я была еще маленькой. Видишь ли, я часто была piantagrane в молодости. – Она сделала рукой круговое движение, подкрепляя этим свои слова. – Постоянно что-то ломала и влипала в неприятности. Так что моя мама давала мне старый засохший хлеб, чтобы я крошила его на куски, а потом мы ждали, пока крошки намокнут во вкусном бульоне, и пировали! Ты когда-нибудь пробовала риболлиту? – спросила она у Селины, махнув здоровенному мужчине. Тот подошел, ковыляя так, как будто недавно получил ранение.

– Нет, мэм, – тепло улыбнулась в ответ Селина.

– Ты будешь в восторге, – просияла бабушка. При каждом ее движении воздух вокруг наполнялся ароматами корицы и шалфея. – Лука, per favore[134], где тарелки? – Она повернулась к гиганту, который сурово посмотрел на нее. – И, Майкл, что ты там стоишь, как будто тебя молнией ударило? Muoviti![135] – Она вскинула руки, подгоняя его.

Впервые с тех пор, как Селина познакомилась с Майклом, она увидела смущение на его лице. Он сделал было шаг вперед, но затем замер, прочистил горло и поправил запонки на рукавах.

Несмотря на всю нелепость ситуации, Селина едва сдержала смех, угрожавший сорваться с ее губ. Миниатюрная бабуля сумела выбить почву из-под ног Майкла, и Селина наслаждалась каждой секундой этого преставления.