Красавица и ее чудовище

Он продолжал на автомате вертеть в руке свою опасную «игрушку». Ему бы гоп-стопом заниматься, я бы первая, встретив его в темном переулке, отдала все самое ценное, настолько искусно и непринужденно он обращался с ножом. Металл сверкал, его звяканье в тишине комнаты казалось слишком громким. Не тесак, да… но кто сказал, что им нельзя убить? Ну или чуть-чуть поранить, что, собственно, и требовалось его белокурому величеству.

– Он так трогательно просил на языке жестов проводить его до соседнего ресторана, что у меня не хватило сил отказать, – остановившись напротив, проговорила я.

– Еще и обманом увел, значит, – сквозь зубы процедил Арацельс и, указав на дверной проем, добавил более дружелюбно: – Проходи. Я сейчас.

Пару секунд потоптавшись в нерешительности, я наконец отважилась и перешагнула порог. Освещенное факелами помещение являло собой местный вариант санузла. Довольно просторный и немного мрачный вариант. Так, например, вместо ванной здесь был обнесенный каменным бордюром бассейн. Вместительный и глубокий. По узкой борозде на стене в него текла вода. Холодная! Не купальня, а рай для «моржей». А если попросить хозяина, то и ледяную корку да прорубь можно организовать. Странные какие-то у меня мысли… Раз этот человек способен создавать руками снег и замораживать воздух, неужели он не найдет средства для создания обратного эффекта? А может, и не надо ничего искать. Все дело в каком-нибудь механическом (или магическом?) приспособлении. Грелся же как-то у Алекса кофейник на полу.

Пройдя к бассейну, я осторожно присела на край его широкого ограждения и принялась дожидаться мужчину, застрявшего у двери. Он стоял ко мне спиной и, судя по движениям рук, что-то «химичил» с открытым проходом. На какой-то миг мне показалось, что проем затянула тонкая паутина из мерцающих нитей. Но странное видение тут же исчезло. Пожав плечами, я решила довериться блондину. В конце концов, он был единственным, кто желал вернуть меня домой. Ни Кама, ни Смерть, ни Алекс, ни тем более Эра эту точку зрения, увы, не разделяли. Получалось, что других союзников у меня здесь нет. Так зачем же тогда дергаться?"

"Вот я и не дергалась, когда острое лезвие разрезало мне палец. Молча наблюдала за сим неприятным процессом, стиснув зубы и сжав свободную руку в кулак. Разного рода кровопускания действуют на мою психику угнетающе. Однако демонстрировать «жениху» свои эмоции не хотелось, поэтому я старалась смотреть на воду, а не на руку. Но взгляд, вопреки моим желаниям, все время возвращался к быстро набухающим каплям в нижнем углу довольно глубокой ранки. Голова начала медленно кружиться, а в груди почему-то стало не хватать воздуха.