Красавица и ее чудовище

Одному за то, что втянул в эту историю, а второму – за сволочное поведение и полное нежелание нормально со мной разговаривать.

– Ты неправа, Катя. – Четэри поводил бровями, что-то сосредоточенно обдумывая, после чего продолжил: – Кама злится, потому что у него из-под носа увели Одинокое Сердце, которое он сам выбрал. Увели и проворонили, позволив тебе ночью вляпаться в неприятности. Его можно понять. – Я промолчала, изобразив на физиономии полное несогласие с данным выводом: понимай – не понимай, а ответственности это с него не снимает. – Арацельс же… – Крылатый мужчина замолчал, непроизвольно затеребив серебристую прядь Маи, оказавшуюся у него под рукой. Почти как я – шерстку балдеющего от удовольствия Ринго.

– Что… Арацельс? – всматриваясь в мимику сцепившихся Хранителей, напомнила я. Ругаются, угу. Разве что искры от напряжения не летят. Кто бы еще звук прибавил, а то по губам читать, увы, не получается.

– Не будь к нему слишком строга. Он ведь с того света вернулся, чтобы тебя спасти, – вздохнув, сказал Смерть.

– Так тяжело ранили? – И бой с закутанными в черное четэри, и ощущение опустошенности, посетившее меня тогда, – все это встало перед глазами, сбив ироничный настрой.

– Убили, Катюша. То нападение он не пережил.

– Но… – Я уставилась на собеседника, напрочь позабыв о ссорящихся мужчинах. Сердце неприятно сжалось, в горле запершило. Значит, уверенность в его гибели была не наваждением, а реальностью? Никакой ошибки, никаких волшебных выздоровлений… И все то, что я тогда почувствовала, – правда… нет! Невозможно. Он жив, здоров, вреден больше обычного и никоим образом не похож на зомби.

– Эра его воскресила, проведя ритуал полного единения с корагом, – выдернул меня из противоречивых размышлений Смерть. – Больше никаких ночных сущностей: ни человека, ни демона по отдельности. Как верно заметил сам Арацельс: теперь одно только круглосуточное чудовище. Он согласился на все это ради тебя, малышка, понимаешь? Что бы ни говорил Кама, ты очень дорога Первому Хранителю. Видела бы ты, что с ним творилось, когда оборвалась ваша связь.

– Гм… – только и сумела выдавить я, переваривая информацию. Монстры, живые Дома, волшебство, призраки, обряды… теперь еще и воскресшие женихи с демоническими переклинами. Из-за меня воскресшие? Ой ли? – Но при чем тут я? Наверняка он просто хотел жить, вот и пошел на это… как его? Единение… – Предположение, высказанное мною после недолгих размышлений, не получило поддержки со стороны собеседника.

Он грустно усмехнулся и уверенно заявил:

– Кто угодно, но не Первый Хранитель. Он настолько ненавидел своего корага, что на подобное слияние согласился только по о-о-о-очень веской причине. Тебе надо называть ее имя, примерный рост, цвет глаз.