Красавица и чудовище (СИ)

Но Аскар этого не заметил, так как сразу же, едва услышав мои слова, вскочил и нервно заметался по комнате. Я стояла возле его кресла растерянная, красная, с мокрыми глазами и не смела поднять голову.

– Бель, – раздался в комнате резкий окрик, – не смей так говорить больше!

Я тут же напряглась. «Это еще почему? – сразу же ощетинилась колючками в ответ. – Что хочу, то и говорю!»

– Иначе безумие охватит меня, – продолжал Аскар, – и я даже не знаю, чем это может закончиться. Ты думаешь, я не мечтаю об этом? Ты думаешь, я не представлял себе в мыслях… Каждую ночь... Каждый день... Я схожу с ума… Тебе не понять. (Его отрывистые невразумительные фразы вызывали смущение и трепет.) Ты молода и неопытна. Слава Создателю, ты избавлена от фантазий о том, как это могло бы быть между нами.

– Но я не против… – начала я.

Я слабо понимала, о чем он говорит. Я знала только о поцелуях и не видела ничего ужасного в том, чтобы прикоснуться к его губам. Даже если эти губы находятся на такой ужасной морде.

– Как ты себе это представляешь?! – почти грубо выкрикнул он. – На моих руках – острые когти, они поранят твою кожу. Мои губы – не приспособлены для поцелуев, клыки выпирают и я сам иногда ранюсь, пытаясь есть как человек. Мое тело… Это тело зверя! Жесткие густые волосы покрывают его, и тебе никогда не прикоснуться к обнаженной коже. Про остальное я вообще молчу, это физически невозможно.

О чем он говорит? Что физически невозможно? Я ничего не понимала и совершенно растерялась. Стояла и хлопала глазами. В итоге Аскар, громко зарычав, опустился на четвереньки и выпрыгнул в открытое окно. Умчался в лес охотиться. А я ушла в свою спальню и еще час рыдала, упав на кровать. О чем? Даже сама не понимала. Просто было ужасно грустно и тоскливо.

****

Следующую неделю мы почти не виделись. Аскар все силы и время бросил на изобретение новых заклинаний. Он почти сутками сидел в своем крыле и не показывался даже на совместных обедах. Я переживала за него. Помня тот тягостный разговор о том, что он почти отчаялся, что ему незачем жить, я боялась, что он сдастся и сделает что-то ужасное. Поэтому тихонько пробиралась поближе к двери, ведущей в его лабораторию, и часами сидела на полу, чутко прислушиваясь к звукам, доносящимся из комнаты. Иногда слышала страшные ругательства (тогда я зажимала уши руками и пережидала), иногда жуткое шипение и свист. Иногда из лаборатории доносилась такая вонь, что приходилось убегать подальше, потому что глаза слезились и кружилась голова.

В остальное время я сидела с книжкой в саду. Заучивала наизусть формулы телепортационного заклинания. Так как на практике использовать здесь я его не могу, то приходилось просто зубрить, чтобы потом (когда-нибудь) применить в более благоприятном месте.