Красавица и чудовище (СИ)

Бедные люди (я слышала об этом) даже специально уродовали себя, отрезая язык и прокалывая барабанные перепонки, чтобы устроиться прислуживать в замок.

Пока была жива мама, она каждый день приходила к нам в башню. Иногда вместе с папой, иногда одна. Мы все очень ждали эти короткие посещения. Ведь родители – наша единственная связь с миром. Мама пела нам песни, учила нас читать и писать, рассказывала о происходящем за стенами нашей башни, обучала разным магическим штучкам – создавать одежду, готовить еду из продуктов, находящихся внизу, в кладовке, зажигать свет и творить простые иллюзии. Она была слабеньким магом и часто, смеясь, говорила, что папа взял ее замуж за красоту (мама была редкостной красавицей), а не из-за магического дара или приданого, которого у нее не было. Я не верила маме. Я твердо знала, что папа женился на ней по большой любви. Ведь для меня она была самым красивым существом на свете.

Из всех детей я была больше всех похожа на маму. Такие же белокурые вьющиеся волосы, такие же голубые глаза, ямочки на щеках и пухлые губы. Мне даже имя дали почти такое же – Бель (маму звали Изабеллой). Сестры завидовали тому, что мама выделяла меня и называла своей «красавицей», а я не понимала сути происходящего, потому что была маленькой. Что это такое «красавица»? И как это? Я часами смотрела в зеркало и пыталась сравнивать себя с Анной или Розой. Или с портретами принцесс из книжек. Два глаза, нос, рот, подбородок… То же самое, что и у всех. Почему же я красавица?

Мне было десять лет, когда мама родила Питера. Тот был слабеньким и болезненным. Все время кричал и плакал, там, внизу. Мы все в башне плохо спали и очень переживали за маму. Она с трудом оправлялась после тяжелых родов. Я не очень понимала все эти премудрости. Старшей, Анне, скоро должно было исполниться шестнадцать, и она готовилась надеть браслет, так вот она и сказала нам всем, что роды были трудными и даже сильный маг, приглашенный папой за большие деньги, не смог сразу остановить кровотечение. Слова Анны ничего мне не объяснили, только нагнали еще больше паники. Нам было страшно как никогда в жизни. Мы все замерли перепуганными зайчатами в своих комнатках и боялись высунуть нос наружу. Няня ничего сказать не могла, а папа не приходил уже несколько месяцев.

Потом Анна сказала, что мама кое-как оправилась. Начала вставать и скоро ее пустят к нам. А еще шёпотом рассказала, что на маму наложили проклятие. Наша тетка, папина младшая сестра. То ли позавидовала маминой красоте, то ли еще что, Анна не знала. Я тетю никогда не видела, только слышала, что она живет с нами в замке и ни разу не была замужем.