Красавица для Чудовища (СИ)

И я был паинькой, как она того хотела. Даже мимолетные поцелуи в щеку воспринимались враждебно, а про поцелуи в губы я и вовсе мог позабыть. А хуже всего то, что выглядела она просто великолепно, дразня меня своим внешним видом, ослепительной красотой, которая в стократ возросла в ней, стоило Насте родить моего сына. Я лез на стену от отсутствия жены, особенно по ночам, в холодном номере отеля.

Так мне и надо за мою дурость.

Сегодня был тот самый день «X». Сделав несколько необходимых звонков, отдав распоряжение своим людям, я помчался прямиком к Вайсманам за Настей и сыном. Наши переписки и разговоры по телефону с женой носили все более деловой характер, и это мне больше напоминало извращённую игру, нежели холод со стороны Насти. Ладно, ей хотелось поиграть — она имела на это право. Не долго осталось.

Сжав губы ниточкой, когда девушка открыла мне дверь, я вошел внутрь. Настя с каждым днем становилась в моих глазах все желаннее, а ее отсутствие превращало меня в голодного зверя. И она хорошо понимала это, я читал по ее глазам.

Негодяйка."

"— Вытащишь переноску, — проговорила она. — Я как раз переодену Альбертика.

Послышались детские милые звуки, и Настя вышла в коридор вместе с моим сыном. Красивая, нежная и пока еще недоступная для меня.

Это раздражало, это ужасно злило, но это было достойной платой за мои издевательства над женой.

— Накинь что-нибудь сверху, — улучив момент, погладил ее по голому плечу, сглатывая. — Там прохладно.

Настя непонимающе уставилась на меня, а затем кивнула и передав мне ребенка, вернулась в спальню. Поцеловав щечки сына, услышал его сладкое пищание и блаженно выдохнул, отсчитывая часы до того момента, когда мы всей семьей отравимся домой.

Мы собиралась в клинику на осмотр сыночка. Настя села на заднее сиденье, и за весь путь мы всего лишь дважды встретились с ней глазами в зеркало заднего вида.

Ребенка осматривал врач, и я ждал того момента, когда бы мне выдали ту заветную справку-заключение о том, что малышу уже можно лететь в самолете. Потирал ладони в предвкушении нашего общего, долгожданного перелета.

— Зачем она тебе? — насторожилась жена, когда мы вышли из клиники.

— Чтобы мы могли улететь уже домой, — честно признался я, держа сына в руках.

До девушки не сразу дошел смысл моих слов: спустя пару секунд, она в страхе округлила глаза.

— И… когда? — Настя остановилась.

— Сегодня вечером, — поставил ее перед фактом.

И заметив растерянность в ее взгляде, я осторожно передал ей ребенка, чтобы Настя пришла в себя. За эти дни я заметил, что малыш на нее влиял лучше любого успокоительного.

— Ты все равно сделал по-своему, — нахмурившись, пробормотала она себе под нос с обидой.

По-своему я сделаю чуть позже.