Красавец опекун

Их глазам открывался прекрасный вид: старые розовые кусты в окружении ранних летних цветов, над которыми сонно жужжали пчелы, да время от времени стрелой проносилась стрекоза, направляющаяся к пруду у основания газона. Солнце припекало, и пейзаж представлялся тихим и идилличным.

Все утро Лиззи пыталась побороть страх, что, помогая Аманде Кроубридж, она тем самым непреднамеренно навлекла на себя неодобрение Мартина. Она не понимала, отчего это имеет для нее такое большое значение, но, будучи еще очень юной и простодушной, очень из-за этого переживала.

— Что ты хотел мне сказать?

Мартин напустил на себя грозный вид, как обычно поступал, собираясь выбранить молодого лейтенанта за какой-нибудь глупый, но вполне объяснимый поступок. Взяв Лиззи за руку, он стал нежно поглаживать ее тонкие пальцы:

— Лиззи, эти твои интриги, дорогая. Как же это было неумно. — Мартин не поднимал глаз от ее пальцев. — Полагаю, Каролина все тебе объяснила. Не успей она вовремя, Макс с Хьюго уехали бы, и никто не сумел бы их догнать. Ты хоть представляешь, какими жуткими оказались бы последствия, если бы они все же настигли Кейли?

Лиззи, до сих пор прячущая лицо у него на груди, при этих словах вскинула голову:

— Ты думал… Но как ты вообще додумался до такой глупой мысли?

Мартин слегка покраснел.

— Ты права. Знаю, это в самом деле было глупо. Но именно так все и вышло наружу. В какой-то момент мы и сами не были уверены, которая из вас уехала в той треклятой карете. — Помолчав немного, он продолжил еще более серьезным тоном: — Милая, в самом деле, интригами людям не поможешь, особенно теми, которые опасно балансируют на грани порядочности. Узнав об этом, многие просто повернутся к тебе спиной.

Мартин понимал Лиззи гораздо лучше своего брата, поэтому ни секунды не сомневался, что именно из-за ее порывистости все и началось. Арабелла отвечала за осуществление плана, Сара внимательно состыковывала детали, но именно его милая Лиззи привела всю эту машину в действие.

Лиззи покаянно повесила голову, теребя пальцами пуговицы сюртука Мартина. Он обнял ее покрепче, заставив посмотреть себе в лицо:

— Лиззи, если в будущем тебе вдруг снова придет в голову мысль оказать кому-то помощь, я хочу, чтобы прежде ты посоветовалась со мной. Обещаешь?

Понурое выражение исчезло с ее лица, и она улыбнулась солнечной улыбкой:"

"— Да. Думаю, так будет безопаснее всего. — Тут в голову ей пришла новая мысль, от которой она снова помрачнела. — Но ведь тебя может не быть рядом. Ты теперь… ну, когда ты поправился, ты станешь много бывать на людях, встречаться с л-леди и… всякое такое.

— Всякое такое? — переспросил Мартин, изо всех сил стараясь сохранять строгое выражение лица. — О чем это ты?

— Сам знаешь. То, что ты обычно делаешь с л-леди.