Счастье на краю (СИ)

Он страдал оттого, что хотел слышать смех детей, ведь он подготовил отличные детские комнаты и сад снаружи был очень уютным. И хозяин ему обещал, что обязательно вернётся и всё это будет. Но шли годы, а ничего не происходило. И тогда дом решил, что ему незачем жить и стал медленно умирать. Дома, а особенно замки они строятся на века и умирают медленно.

Вот и дом начала постепенно дряхлеть, красивые витражи начали затягиваться паутиной, внутри всё начало покрываться пылью, в подвалах завелась чёрная плесень, сад зарос, стены стали покрываться трещинами. И вообще ещё пара лет и замок бы рухнул, погребя под обломками все тайны, которые поручил ему охранять хозяин.

По замку снова пронёсся вздох. Мне стало так жалко этого верного исполина, он мне напомнил большого лохматого пса, который верно ждал хозяина, охраняя то, что ему поручили.

И я, вот не знаю, что на меня нашло в тот момент, пообещала ему, что не брошу, что мне надо найти дочку и я обязательно вернусь. А пока ещё некоторое время буду здесь с ним, чтобы помочь замку вернуть своё былое величие. Ответом мне стал облегчённый вздох.

Мне удалось договориться с замком о том, что герцог Леонард де Мариньи может входить и выходить.

Когда я вышла из дверей замка, то увидела, что уже глубокий вечер, а герцог сидит на ступенях и ждёт меня.

— У вас получилось, Мари, — неожиданно перешёл на вы де Мариньи, — значит я не ошибся

— А как вы узнали, что получилось? — мне стало интересно

Вместо ответа, герцог взял меня за руку и отвёл немного в сторону от замка:

— Смотрите

Я ахнула, арочные окна вместо серых пятен вдруг превратились в разноцветные витражи, а сам замок как будто бы стал чище, будто бы камень, из которого замок был построен, чуть посветлел.

— Замок начал меняться, а это значит, что вы прямой потомок, вы де Санж, — сказал де Мариньи

— Это что-то меняет? — спросила я, скептически ухмыльнувшись, понимая, что никто здесь мне сразу на блюдечке никакой титул не отдаст. Тем более, что я скорее всего бастард, который появился на свет, благодаря любвеобильности предыдущего графа де Санж, да ещё, вероятно, красоте матери Мари Фантен."

"— Я постараюсь вам помочь, Мари, но ваш скептицизм вполне обоснован, — ответил герцог, — надо узнать, есть ли какие-либо документальные подтверждения связи графа де Санж с вашей матерью. Но если их и нет, тогда это просто более длительная процедура.

Здесь мне пришла в голову мысль:

— Леонард, а скажите, то, что я дочь графа де Санж, облегчит мне мою борьбу за возвращение дочери?

Герцог, помолчав, размышляя, потом ответил:

— С одной стороны, вы сможете предъявить право крови, а с другой стороны вам уже будет гораздо сложнее пробраться в замок к графу.