Край земли. Затерянный рай

И еще… Все стали понимать, что все гораздо хуже, чем казалось вначале. Радиация и яд, что шли с облаками и воздухом из континентальной Америки, заставили нас отложить идею добраться до материка. Более того, от этих осадков погибали люди. Это заставило нас перебраться на остров Умнак. Это к западу от Уналяски и дальше от материка. Но радиация из районов массированных ударов настигала и там. Мы долго не хотели покидать Умнак. Этот остров был достаточно велик, и он соседствовал с Уналяской. И просто не хотелось удаляться от родной страны. Но обстоятельства вынуждали. Дальше острова были гораздо меньше. Нам удавалось найти укрытие от непогоды. И даже решали проблему с едой, поскольку на островах гнездилось много птиц. Но мы разоряли их гнезда, чтоб не умереть с голоду, и в течение года или двух птицы покидали обжитый нами остров. К тому же было очень мало деревьев, чтоб греться в холода. И мы превратились в кочевников, прыгающих с острова на остров, пока птицы не перестанут там гнездиться и не станут иссякать деревья. Корабль наш был достаточно велик, но людей было куда больше, чем он мог нести, и потому мы не решались отправиться в долгое плавание. Нам просто не хватило бы воды и еды для путешествия. Вот и ютились год или несколько на каком-нибудь острове. Потом выжидали погожий день и отправлялись к следующему. Однажды мы предприняли отчаянную попытку вернуться назад. И добрались до острова Умнак. Однако радиация не оставила ничему живому шансов. Это развеяло наши последние иллюзии по поводу возвращения на континент. И нас снова понесло на запад. Долгое время мы пробыли на острове, названия которого не знали. Он был крупнее, чем те, на которых мы ютились последние годы. На нем даже были озера, и чуть позже мы обнаружили что-то вроде небольшого аэродрома. Там стояло два самолета с красными звездами. Военные перехватчики. Возможно, они сели там уже после катастрофы. Но никаких людей мы не обнаружили. В северной части острова, на западном берегу, мы нашли заброшенный городок, в котором и прожили несколько лет. Очевидно, население спешно покинуло остров, и, осматривая брошенные жилища, мы поняли, что это уже не территория Соединенных Штатов. Это был русский остров Беринга. Ничто не мешало нам жить и дальше там. В хранилищах порта оставалось достаточно топлива, на острове было множество птичьих гнездовий, была возможность ловить рыбу, имелась пресная вода. Но почти отсутствовали деревья. Как и на других островах Алеутской гряды, большинство дней в году погода была суровой. Штормовые ветра, как и раньше, сводили с ума. Холод навевал мысли о бессмысленности дальнейшего существования. Мы понимали, что для выживания нам нужен не остров. А если остров, то гораздо больше и в более благоприятных климатических поясах.