Край земли. Затерянный рай

Среди вещей, которые он взял с собой в поход, яркой бесполезностью мелькнули разноцветные элементы кубика Рубика. Евгений Анатольевич достал длинный цилиндрический предмет и протянул его Антонио.

– Держи.

– Что это? – удивился Квалья.

– Сигнальная ракета. Одной рукой крепко держишь вот за это металлическое основание. Этой стороной направляешь вверх и резко дергаешь вот этот шнур. На случай, если медведица все-таки вернется и настроение у нее будет крайне хреновым. Приморцы вам помогут.

– Я все-таки не пойму, чего мы ее тоже не пристрелили? – вздохнул один из стрелков.

– По той же причине, по которой я тебя сейчас не пристрелю, балбес. Это называется – человечность. Ладно. Удачи всем. До скорого.

Сапрыкин закинул рюкзак себе за спину и побрел в сторону Вилючинска. Жанна с братьями последовали за ним.

Глядя им вслед, стрелок поморщился:

– Наконец-то ушел. Достал меня этот хрен старый.

Горин смерил его строгим взглядом:

– Чибисов, слышь? Он-то ушел. Но я-то остался. Так что не беси меня и топай на пост.

– Извини…

– Топай, топай. Я пойду гляну, куда это Мишаня подался…

Искать Крашенинникова долго не пришлось. Тот стоял за старой дорогой, прислонившись к дереву, и наблюдал за чем-то или кем-то на склоне. С того места, где находился сейчас Горин, понять было сложно, что так привлекло внимание Михаила. Женя решил подойти ближе, но тут же услышал позади шепот:

– Гора…

Евгений резко обернулся.

– Чибисов? Какого хрена ты тут делаешь? Я куда тебе сказал идти?

– Погоди, Гора. Мне тебе сказать надо кое-что. Ромка с тайного поста, который наблюдал за казармой, кое-что интересное слышал, когда зверь напал на этих… вулканологов… Он пока никому не говорил об этом. Сказал, чтоб я сперва тебе его слова передал. Мало ли что.

– Да о чем ты, черт тебя дери, вообще толкуешь? – поморщился в недоумении Горин.

– О бабе этой. Об Ольге. Слышь, Гора… Ромка говорит, что никакая она не финляндка…

Михаил не решался подойти ближе. Он просто стоял и наблюдал за медведицей. Схватка оказалась для нее тяжелым испытанием. Могучий зверь хрипло дышал и даже постанывал. И, похоже, медведица к тому же голодна. Ее привлек запах камбалы, каким-то образом оказавшейся в кустах над вырытой им норой для добычи глины. Но несколько камбал для такого зверя – как для человека пригоршня семечек. Этим не насытишься. Медведица быстро прикончила рыбу и вдруг обернулась. Крашенинников вздрогнул. Она смотрела прямо на него. Заметила. Самое время броситься бежать обратно к казарме, надеясь, что вооруженные люди все еще там. Но медведица сама рванулась прочь, вверх по склону сопки. Подальше от людей. Страх прошел, и Михаилу теперь было даже жалко, что так мало рыбы находилось в кустах. Раненому зверю не мешало бы хорошенько подкрепиться.