Край земли. Затерянный рай

Вишневский в нетерпеливом ожидании принялся ходить по причалу из стороны в сторону. На мгновение остановившись, он вытянул перед перископом руку.

– Сейчас, ребята! Потерпите! Сейчас пообщаемся!

– Вот Санька удивился, наверное, когда увидал нас живыми, – усмехнулся Жаров. – Хотел бы я видеть его бородатую физиономию в этот момент.

– Увидим, Андрей. Непременно увидим.

Ожидание показалось очень долгим. И хотя Дементьев не щадил лошадей, запряженных в грузовую телегу, Никита и Андрей уже начали бояться, что тот вообще идет пешком, да еще прихрамывая. На ощущении времени сказывалось нетерпение Жарова и Вишневского, для которых эта пара десятков минут растянулась до бесконечности.

Но и еще одна опасность затаилась в ручьях неумолимо текущего времени – углекислый газ. Там, в лодке, каждый из семи человек делает вдох и выдох. Это лишь вопрос времени, когда их дыхание наполнит пространство в лежащей на дне субмарине ядом.

К заводу начали стекаться люди. Молва о затопленной у причала лодке с людьми, оставшимися внутри, быстро облетела общину. К радости Никиты, появилась и грузовая телега, которую он так ждал. Переносную школьную доску, поворачивающуюся на горизонтальной оси, установили напротив перископа. Вишневский взял багор и пару раз стукнул по перископу, на тот случай, если от него отошли и сейчас никто не смотрел на причал. Стук непременно привлечет внимание людей внутри лодки. После этого Никита мелом написал на доске слово «да», затем повернулся лицом к перископу и вытянул правую руку в сторону от себя. Выждав некоторое время в такой позе, он губкой стер надпись с доски и написал слово «нет». Вытянул левую руку влево от себя. Затем стер очередную надпись и вывел мелом: «Понял?».

Перископ повернулся в сторону, означающую положительный ответ, и снова уставился на доску.

– Получилось! Черт возьми, получилось! Спроси, сколько их человек! – воскликнул Жаров.

– Андрей, они могут отвечать только «да» или «нет». Нет у нас сейчас другого способа общаться.

– Тогда спроси, семь ли их человек. Все ли целы.

Вишневский написал вопросы на доске и тут же получил положительные ответы.

– Так. Уже хорошо. Сейчас спрошу, есть ли повреждения у лодки.

Вишневский поводил губкой по доске и сделал новую надпись.

«Да».

– Может, перископ в другую сторону просто не поворачивается? Они ни разу не ответили «нет», – нахмурился Жаров.

– Поворачивается. В том и дело, – вздохнул Никита. – Сейчас ты в этом убедишься.

На доске появилась новая надпись:

«Вы можете продуть балласт и всплыть?»

«Нет».

– Черт подери, – мотнул головой Жаров."

"У причала уже столпилось несколько десятков человек. Все тихо переговаривались.