Край земли-2. Огонь и пепел

А потом в ночи замерцали огни Петропавловска-Камчатского, еще не истребленного мировой войной. И он с двумя своими товарищами покинул мчащуюся по Авачинской бухте яхту, нацепив акваланги и прыгнув за борт, как и приказал ему полковник. Ох, как ему было любопытно, что им погрузили с той подлодки и что в этом кейсе… Но теперь, все было до боли очевидно…

– Этот чемодан не взорвется, если его открыть? – спросил Александр, уставившись на Крашенинникова.

– Там должна быть стеклянная капсула с какой-то кислотой, – пожал плечами Михаил. – С чего бы ей взрываться?

– Ну, хрен его знает, – с сомнением в голосе вздохнул Цой и осторожно открыл кейс. Внутри находилась картонка с инструкцией и армированная титановым кожухом стеклянная колба с вязкой жидкостью янтарного цвета. С одного конца стеклянная колба была обнажена. С другого имелся ярко красный-колпак. В кожухе имелось продолговатое окно с делениями, что делало этот детонатор похожим на большой термометр.

– Что дальше? – Голос Жарова дрогнул, когда он взял в руку этот предмет. – Что с этим теперь делать?

Крашенинникову очень хотелось громко предложить Андрею что-то совсем неприличное и оскорбительное, но он понимал, что этого делать нельзя. Во всяком случае, пока на Оливию направлен пистолет.

– Выкрути заглушку синего цвета из корпуса бомбы. Она наверху. Выглядит как вот этот красный колпачок на детонаторе. Затем вкрути эту колбу. Под конец она будет крутиться туго, потому что там полое алмазное сверло, которое начнет бурить стекло с кислотой. Крути до щелчка. Колпачок зафиксируется. Выкрутить детонатор уже будет нельзя. Да и бессмысленно. Кислота через шахту в сверле польется внутрь и начнется химическая реакция.

– Андрей, постой. – Сапрыкин приподнял ладони. – Дай мне взглянуть на эту колбу с кислотой.

– Стой, где стоишь, дядя Женя! – воскликнул Жаров, и ствол пистолета тут же уставился на майора. – Знаю я твои фокусы!

– Хорошо, хорошо! Не давай мне эту штуковину в руки! Тогда просто скажи, насколько она заполнена кислотой?

– А в чем дело?! Объясни сначала, потом, быть может, я тебе отвечу!

– Ладно! Миша сказал, что во время инструктажа его предупредили о том, что после вкручивания детонатора взрыв произойдет через два часа. Верно, Миша?

– Да, именно так, – кивнул Крашенинников.

– Итак. Два часа. Но на колбе должны быть деления. Если жидкости по самую нижнюю черточку, то есть минимальное количество, то химическая реакция будет происходить долго. Те самые два часа. Но если капсула полная, то это десять минут. Учитывая, что со временем свойства кислоты могли ухудшиться, то минут пятнадцать. Максимум двадцать. Двадцать минут для того, чтобы убраться от эпицентра двенадцатимегатонного взрыва.