Край Галактики. Трущобная Крыса (СИ)

После чего Ксоко ответила:

— Я же говорила тебе, что не читаю мысли. Я просто чувствую, что твориться у другого в голове. Чувствую его, понимаешь?

— Не очень. Так что, много кого просканировала?

Ксоко пожала плечами, отворачиваясь и глядя за окно. Мэд проследил направление её взгляда и увидел там то же, что наблюдал уже третий день подряд — ровную серую стену соседнего здания.

— Не хочешь — не говори, — хмуро произнёс Максим. — Расскажи тогда, что вообще в мире творится. А то я здесь уже совсем с ума схожу от скуки.

Просьба была не простой данью вежливости. Мэд и на самом деле изнывал от бездействия. Он очнулся в маленькой комнатушке, единственное окно которой выходило на стену соседнего здания. Через час к нему наведалась не самая симпатичная девушка, выступавшая в роли медсестры. Хмурая синекожая девица поведала ему о том, что он находится в больнице и что вставать с койки ему категорически запрещено.

Первое время выполнять её приказ было не сложно. Мэд находился в сознании по несколько минут, после чего проваливался в беспамятство на пару часов. Несколько раз в день его возили на процедуры. Первые он бессовестно проспал, поэтому ничего о них сказать не мог. А вот на второй день, когда состояние здоровья значительно улучшилось, ему, наконец, довелось увидеть медицину Империи лубасири воочию.

Никаких светящихся приборов или вычурных сложных инструментов. Мэда привезли на каталке в большой зал, где стояло несколько белых ванн. В некоторых уже лежали другие пациенты. Максима аккуратно подняли и положили в свободную ёмкость. После чего одна из медсестёр подошла с небольшой металлической коробочкой в руках. Приказав лежать спокойно, она открыла крышку и высыпала в ванную содержимое коробочки — тусклый золотистый порошок.

Мэд ожидал, что последний растворится в жидкости и превратит воду в ванну в какой-нибудь целебный настой, от которого будут затягиваться ожоги и заживать другие раны. Нечто вроде той субстанции, которой лечили джедаев в Звёздных войнах. Однако, случилось нечто неожиданное. Золотые крупинки, вместо того чтобы растворяться или плавно опуститься на дно, начали двигаться в разные стороны. И, что стало уж совсем жутким открытием для гопа, после небольшого замешательства, устремились прямо к нему! Мэд невольно дёрнулся и сделал попытку выбраться наружу. Правда, это у него не получилось. Сказывалась собственная слабость, да и медсестра придержала за плечо, не давая пошевелиться. Перепуганный Максим следил, как крупицы опустились на кожу, а дальше… Дальше начался кошмар. Его тело принялось зудеть во всех местах, куда опустились частицы. Зуд этот, сначала слабый, быстро усилился, став совершенно нестерпимым. И самым жутким было то, что Мэд не мог пошевелить даже пальцем.