Край Галактики. Трущобная Крыса (СИ)

Действительно, как он мог забыть? «Клаппер» — имущество группировки. И не такое уж и дешёвое. Если обычным бойцом можно и пожертвовать, то вот такую штуку нужно постараться спасти любым способом. Даже если попутно придётся вытаскивать из пекла ещё и несчастного неудачника.

Мэд едва успел отдать «Клапперу» необходимые указания, когда Болтун, не озабоченный сомнениями, поднял валяющегося на полу гопа и взвалил на плечо. Вспышка боли от столь грубого обращения стала той самой последней соломинкой, что ломает спину верблюду. Мэд просто потерял сознание, глубоко и надолго.

Наблюдавший за этим Калантар хмуро посмотрел на Болтуна. Тот виновато скривился, поняв, что сделал что-то не так. Вэй же просто тяжело вздохнул и махнул рукой, давая отряду команду выдвигаться. Стоящий у выхода Болтун навалился на створки двери, разводя их силой мышц. И сразу за ними взглядам оставшихся в живых бойцов предстали стройные ряды охранных дроидов, которых согнала сюда система, дабы расправиться с наглыми нарушителями…

Дроиды стояли неподвижно. Перезагрузка, устроенная Нихиром, коснулась и их электронных мозгов. Судя по всему, режим полной автономности у них предусмотрен не был.

— Двигаемся быстро, но осторожно! К дроидам не прикасаться! Кто знает, какие в них алгоритмы зашиты. Понятно? Нихир, на тебе маршрут. Выведи нас отсюда!

Хакер молча кивнул, вглядываясь в трёхмерную карту, которая светилась над его планшетом. Схема коммуникаций, имеющаяся в их распоряжении, грешила множеством белых пятен и неточностей. Но даже это было намного лучше, чем блуждать в полной неизвестности. Тем более, что у него имелся уже выстроенный маршрут к выходу. К тому самому месту, где им удалось проникнуть внутрь Шпиля Обречённых. Он посмотрел на Вэя и кивнул головой, давая понять, что знает, куда нужно идти.

Калантар умудрился сохранить внешнее спокойствие, хотя сердце стучало в груди, подхлёстнутое выбросом адреналина. Всё же здешняя система безопасности уже подкинула несколько весьма неприятных сюрпризов. Чего стоила одна та ловушка с газом, где погибло сразу двое бойцов.

«И почему этот хундо сразу не сказал о запахе? Неужели можно быть настолько идиотом?»

На самом деле, Вэй не слишком сильно злился на молодого подрывника. Всё же у парня не было боевого опыта. И даже те несколько заварушек, в которых ему повезло выжить, не могли сильно изменить его привычное обывательское мышление. Он был гражданским, им и оставался. В отличие от него, Калантара Вэя, чья сознательная жизнь, с младых ногтей, прошла в военной среде.

Он родился в семье потомственного бойца корпораций. Его отец, суровый немногословный мужчина, мало занимался воспитанием своего отпрыска. За него это делали наставники.