Краденое счастье

– Да я не поэтому… Просто так странно, что вы хотите что-то сделать для меня, – она всхлипнула и махнула рукой, – я очень чуткая на такие вещи, простите. Обычно люди уходят, считая, раз я их вылечила, то они мне больше ничего не должны. А вы появляетесь, когда я в отчаянии, и сами предлагаете помощь только потому, что когда-то я вас оперировала… Это просто чудо, я иначе не знаю, как назвать.

– Вы только не плачьте, – попросил Зиганшин, с ужасом понимая: еще чуть-чуть, и он сам расчувствуется.

Чтобы не смущать Галину Ивановну, а заодно привести мысли в порядок, он отошел к стойке и попросил добавить к заказу еще воды и чизкейк.

Вернулся, когда она справилась с волнением, и сухо спросил, взят ли уже адвокат?

– Ой, Митя, там такое… Прилетело семейство, и началось! Папа Михайловский с детства не приучен к реалиям жизни, весь в науке, а жена – просто овца, больше ничего. Оба искренне считают себя небожителями, и покамест кроме возмущения, как тупые менты посмели привязываться к их царственному ребенку, я ничего толкового от них не слышала.

– Ну так, может быть, они с другими небожителями порешают?

Галина Ивановна покачала головой:

– Не тот уровень. Я уж им говорила, давайте действовать, нет времени ждать, когда вас попустит вся боль русской интеллигенции, но толку пока ноль. Митя, если бы у меня были деньги, то я сама бы наняла адвоката, но увы… Я простой хирург экстренной помощи, и всех моих накоплений хватит только на какого-нибудь придурка.

Мстислав Юрьевич сказал, что тут бывает трудно угадать. Молодой неопытный адвокат может провести дело гораздо лучше, чем его маститый коллега.

– В конце концов, я сам тоже юрист, – усмехнулся он, – и всегда посоветую вам сменить адвоката, если увижу, что он не справляется с работой.

– Вы собираетесь и дальше следить за нашим делом?

– А как же? Предстоит искать доказательства невиновности Ярослава или хотя бы факты, которые поставили бы под сомнения найденные следствием улики. Адвокат сам не станет этим заниматься, он предложит вам нанять частных детективов, а их услуги стоят дорого.

– Насколько дорого?

– Для вас бесплатно. Я сейчас как раз пошел в отпуск и займусь…

– Но, Митя…

– Больше того, закон не поймет, если я стану действовать за вознаграждение.

Галина Ивановна закрыла глаза рукой, и Зиганшин с тревогой подумал, что она снова сейчас заплачет.

– Но я не могу это принять… У папы Михайловского есть деньги, – сказала она глухо, – а вы будете тратить свое время просто так, зачем? Слишком уж большая цена за то, что когда-то я наложила вам пару швов.

– Немножко времени за шестнадцать лет жизни небольшая цена, – буркнул он, – отказа не приму, Галина Ивановна.