Краденое счастье 2. Заключительная

Сатанея от ее стонов, пока не задрожала, не изогнулась, сжимая его голову коленями, приподнимая бедра, подаваясь за его языком. Как же сладко она металась под его ласками, как сильно хваталась за его плечи, за волосы.

И снова войти в нее, снова долбиться в ее тело, прямо там, на кухне, подняв высоко ноги, прижимая их коленями к тумбе, смотреть, как член поршнем долбится внутрь. Кончать в нее, скрипя зубами.

И спустя минуты безумия, задыхаются оба, мокрые от пота, ошалевшие от того, что так закрутило обоих. Смотрят друг на друга пьяными взглядами.

— Опять в душ? — усмехается и касается губами ее возбужденного соска. Она вздрагивает, будто он коснулся обнаженного нерва. Посмотрел в глаза.

Кивает. Полы рубашки распахнулись, и Арманд отчетливо видит некрасивый узловатый шрам по линии бикини. Улыбка пропадает. Она тут же взметнулась, запахнула рубашку.

— Что это?

Напоминает шрам от кесарева сечения… но в документах указано, что у нее нет детей.

— Так…ничего.

— Ничего?

— Да. Ничего.

Придвинул ее к себе, обхватил лицо ладонями.

— Я хочу знать о тебе все. Откуда ты, кто ты, как звали твоих родителей, как ты впервые разбила коленки, и кто тебе нравился в первом классе. Все хочу знать, Нина. Все. И про это тоже…

— Нинииии…пааааа.

Послышался детский голос. Едва успели отстраниться друг от друга, как в кухню вошел сонный Мати.

— Я хочу кушать. И мне приснился стлашный сон. Вы что тут делаете? А?

Арманд и Нина посмотрели друг на друга, потом на него. Это было первое совершенно внятное предложение… Первое предложение, в котором Матео сказал «я».

— Давайте закажем пиццу, — предложил Арманд, и Нина с Мати радостно закивали."

"Три часа ночи, они сидят на кухне за столом, едят пиццу, по телевизору идет какой-то старый фильм. И Арманд ловит себя на мысли, что ему нравится даже, как она ест. Как кусает пиццу, пачкается сыром, вытирает ротик Мати, как смеется и дает Арманду откусить свой кусок, а сама кусает его кусок, а потом они оба нагло кусают пиццу Мати сразу с двух сторон. И тот забавно злится, ругается.

Спать легли втроём почти под утро, в просторной спальне с огромным окном с видом на море. Мати между ними. Нина и сын уснули, а Арманд еще долго смотрел на них обоих и понимал, что не хочет отсюда уезжать. Понимал, что в его сотовом закончилась зарядка, и он не хочет его заряжать. Хочет, чтоб Вселенная исчезла. Чтоб все стерлось, кроме них.

Утром все же включил, и первое, что пришло на него, «смс» от Каролины.

«Где ты? Какого черта происходит? Куда ты уехал? Ты с этой сукой там? Кого ты там трахаешь? Сволочь!»

И ни слова про Мати… Даже не спросила, где ее сын. Арманд вышел на кухню, глядя, как выгружает продукты слуга, складывает в холодильник. Прошел на улицу, босыми ногами погружаясь в песок, глядя на горизонт.