Краденая невеста 2

Отец Давида, сидящий с самого дальнего края. Пронзая таким, чего и словами не выговоришь.

Даже не кивает в ответ. Просто пристально, тяжело смотрит. Его взгляд похож на выстрел пули. Он явно с удовольствием бы сделал это. Выстрелил бы мне в самую грудь. Наповал. А дальше вот тогда бы и кивнул. Сам себе. И принялся бы за еду с чувством выполненного долга!

– Саида. Моя супруга. Карим. Мой отец.

И даже сейчас глаза грозного клана Багировых не удостаивает меня кивком.

– Моя мать. Аиша Багирова.

Сухопарая женщина в платке лишь поджимает губы. Ее взгляд больше прикован к вынесенной простыне с алыми пятнами, подтверждением нашего брака, чем ко мне. Простыня закреплена в стороне от стола. На почетном месте, как и принято.

Мимолетно скользит по моему лицу, еще сильнее поджимая губы, когда опускает взгляд на наши переплетенные пальцы."

"Видно, она считает такое проявление чувств слишком большой вольностью в присутствии семьи. Но тоже, как и ее супруг, не произносит ни слова. Просто опускает взгляд в тарелку перед собой.

– И мои братья. Бадрид, старший и самый мудрый.

Мужчина с изуродованным лицом кивает. Рассматривает меня с явным интересом. Но под его взглядом хочется съежиться. Все же он кажется мне взглядом хищника. Пугающий. Глубокий, как пропасть. Как чернота, которая способна проглотить.

– Арман!

Второй брат поднимается, называя свое имя сам. Даже протягивает мне широким жестом руку. Правда, тут же одергивает ее, поймав свирепый взгляд Давида.

А вот в его глазах явно горят искры веселья. Ощущение такое, что вся ситуация его забавляет.

– Чего держишь жену на ногах?

Двигается к нам. Отодвигает один из стульев во главе стола.

– Измором голодным взять хочешь?

– Это моя прерогатива!

Ноздри Давида раздуваются.

Выдергивает из рук брата стул. Выпускает мою руку. Относит его к стене, возвращаясь с новым.

– Прошу, Саида. Разделим праздничную трапезу с семьей.

Мы садимся рядом во главе стола, как и положено молодым.

Официанты, которых я раньше не замечала, начинают суетиться. Наполняют тарелки ароматными явствами. Наливают игристое вино в бокалы.

– Поднять бокал за счастье и здоровье молодых доложен я сам? А так же пожелать молодой семье благополучия и богатого здорового потомства? Что ж. За молодых! И пусть наш брак будет долгим и счастливым! Пусть моя супруга подарит мне много здоровых детей!

Давид сам поднимает бокал. Вкладывает мой мне в руку.

Братья и мать Давида следуют его примеру. Правда, под гробовое молчание.

– Мне пора, – Карим Багиров вдруг резко поднимается из-за стола. – Много дел.

Аиша робко ставит уже было поднятый бокал обратно. Быстро опускает глаза, даже не взглянув на мужа.

– Твоя мать тоже не голодна , как и я.

Мать Давида тут же поднимается с места.