Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Проходят минуты, я наблюдаю, как она высматривает интересных существ, которых большинство раздавило бы шлепанцами. Я даже держала жука, который клялся, что не укусит меня, и это было круто. Чем дольше я нахожусь здесь, тем менее жутким становится, как только смиритесь с тем фактом, что тебя окружают мертвые тела, это не так уж и плохо.

Это похоже на уединенное убежище, и поэтому мы решили сделать его местом сбора Общества Одиночек. Секретный заказ двух человек и только двух человек. Ну, думаю, до тех пор, пока у нас не появится больше друзей, если это когда-нибудь случится.

Все шло хорошо, пока воздух не пронзил резкий звук чьего-то крика. Он рикошетом отскочил от стен, сотрясая мои ступни и полые сердца, сжавшиеся от паники. Я невольно подпрыгнула, вглядываясь в ступеньки, откуда доносился звук. Это был крик о помощи, и самое страшное было то, что он был не за горами.

Это было близко.

Прямо за дверями мавзолея.

Говорят, никогда не знаешь, как сработает инстинкт борьбы или бегства, пока он не сработает. Достаточно просто сидеть за киноэкраном и кричать девушке: — Не ходи в туалет!

Но все не так просто, когда ты — девушка, запертая на жутком подземном кладбище, и единственный выход оттуда — столкнуться лицом к лицу с тем, что снаружи издает беспомощный человеческий крик о кровавом убийстве.

— Ты… — начинаю я.

— Ага. — Лира заканчивает, быстро кивая головой. Ее лицо такое же бледное, как и мое.

Мы молча начинаем гасить керосиновые лампы, натягивая сумки на плечи, не бормоча ни слова. Все еще не уверены, как мы выберемся из этой ситуации, когда мы даже не знаем, что нас ждет снаружи.

Я смотрю на нее, мои руки вспотели, я сжимаю фонарик.

— Нам нужно пойти посмотреть, что там наверху, тогда мы сможем найти способ уйти, хорошо? — Говорю я, ее лицо сияет от моего белого света.

Она кивает, щелкая своим, и в комнате становится намного темнее.

Я делаю прерывистый вдох и отшатываюсь, когда слышу еще один мучительный крик. Словно кто-то, кого разорвало на куски животное. Мне в голову приходят видения наихудших возможных сценариев.

Кого-то заживо съедает окровавленный медведь или волк. Еще хуже, если их пытает другой человек. Утащили в лес, где никто не мог услышать их крики из-за грохочущих волн и постоянного завывающего ветра.

Я сглатываю комок желчи в горле, выключая фонарик. Я даже не вижу свою руку перед лицом, настолько темно. Я чувствую, как Лира протягивает руку и хватает заднюю часть моей сумки с книгами, крепко прижимаясь ко мне, когда я начинаю нащупывать путь к ступенькам.

Мои руки ощупывают грязную стену, нога находит первую ступеньку. Мои зубы сжаты так сильно, что пульсируют, я так настойчиво пытаюсь замолчать, боюсь, что даже самое слабое дыхание скажет снаружи, что мы здесь, внизу.