Козырной туз

Это было бы весьма кстати, поскольку нам не справиться с таким количеством гостей.

Люсинда проигнорировала ее слова.

Ужин прошел в довольно странной обстановке. Хозяйка дома за столом отсутствовала. У собравшихся не было ничего общего. Герцог жаловался на подагру, тетя Хейзел рассказывала о своих друзьях-духах. Мистер Пибоди решил, что Нелл начала охоту за мужем. Слава Богу, что хоть еда была вкусной.

Нелл считала, что для страдающего подагрой человека еда слишком жирная, но его светлость выглядел вполне довольным, уплетал за обе щеки и весело смеялся над предложением мадам Амбо побеседовать с его покойной супругой.

– Побеседовать? Ради всего святого, мадам: из нее, бывало, слова не вытянешь! За двадцать лет супружеской жизни мы с ней едва перемолвились словом.

– Ты говоришь, у тебя запор, Гарольд? – обратилась кузина к герцогу. – Съешь окорок под соусом с добавлением изюма.

– Вы читали Донна, мисс Слоун? – поспешил осведомиться мистер Пибоди. – Это мой любимый поэт.

Ее перебила тетя Хейзел:

– На прошлой неделе я говорила с ним. Бедняга до сих пор пребывает в глубокой меланхолии.

– Цветная капуста? Нет, она не годится для облегчения пищеварения. А ты как думаешь, Гарольд?

– Если Карду скучно, после ужина я смог бы составить ему компанию.

– Ты предлагаешь мне сыграть в карты? Нет, я устала, Гарольд. К тому же играешь ты из рук вон плохо.

– Это правда, ваша светлость? А я бы не прочь перекинуться с вами в картишки, – сказала тетя Хейзел, и в ее глазах появился алчный блеск.

– Лорд Кард очень рано ложится спать. Доктор сказал, что сон лечит, – объяснила Нелл герцогу.

– Плохо. Я бы хотел как можно скорее покончить с делом. Какой смысл ходить вокруг да около? Молодой человек хорошо знает, зачем мы приехали. Рано или поздно каждый мужчина надевает на шею хомут.

Мистер Пибоди многозначительно кашлянул. Нелл почувствовала, что краснеет.

Тетя Хейзел с задумчивым видом добавила:

– Хомут или петлю. Я на днях говорила с Диком Турпином.

Нелл знала, что этого разбойника с большой дороги казнили в 1739 году.

– Скипидар? Впервые слышу, чтобы его использовали для лечения, другое дело – для выведения пятен от краски. Если будешь пить скипидар, испортишь все внутренности. Лучше касторовое масло…

– Турпин раскаивается в том, что совершил столько преступлений.

– Играть в вист? Нет, я же сказала, что утомилась.

– Если Кард разобьет моей маленькой девочке сердце, это будет самое настоящее преступление.

Неужели герцог считает свою дочь маленькой девочкой и всерьез думает, что у нее есть сердце?

То ли герцог действительно плохо играл в карты, то ли его замучил недуг, но тете Хейзел даже не пришлось подтасовывать карты, чтобы обыграть его и Нелл. Возможно, на исход игры повлияло то, что Нелл думала об Алексе.