Козлёнок Алёнушка

Ну к кому еще в нашей стране могут обращаться: Виола Лимпопоновна? У вас есть другие версии?

Телефон звякнул, прилетела эсэмэска от Епифана Армагеддоновича.

– Я застрял.

Через секунду поступило сообщение от Апполинария Лучезаровича.

«Епифан Армагеддонович терпит бедствие в районе гостевого санузла. Срочно примите меры».

Лишь сейчас меня осенило: вся переписка адресована мне. Но отсылают смс не люди, а холодильник, стиральная машина и плита. «Чудный наш дом» заработал в полную силу. И что теперь делать? Отвечать всем? Или не надо?

Я набрала номер Петра и услышала веселый голос:

– К вашим услугам, Виола Лимпопоновна. Чем могу помочь?

– Только что прочитала письмо от холодильника, – начала я, чувствуя себя пациенткой психиатрической клиники, – получила сообщение от незнакомого мужчины, а потом поняла: автор текста холодильник.

– Отлично, – обрадовался Варайкин. – И что в сообщении?

Я приободрилась. Значит, нас в палате дурдома уже двое.

– Нет продуктов, но он их купил!

– Я же говорил вам, с «Чудным нашим домом» никаких хлопот не будет, – ликовал Петр, – видите, как здорово! Вы занимаетесь своими делами, а домашние проблемы решает Апполинарий.

– Как? – вырвалось у меня. – Каким образом холодильник может приобрести продукты, откуда он знает, что нам с мужем надо, где он взял деньги и сколько людей онемело в супермаркете, увидев славного представителя бытовой техники, который бродит по торговому залу с проволочной корзинкой на ручке?

Послышался заливистый смех.

– Обожаю людей с чувством юмора. Отвечаю. Апполинарий связался с интернет-магазином, по лавкам не бегал. Лично мне хочется увидеть холодильник, который топает к стеллажу с крупой. Харчи вам привезет служба доставки. Авдотья Пафнутьевна не может сделать белье чистым без стирального порошка. Констанция Бурбоновна – плита, а они все излишне эмоциональны, теряют покой, если их не хвалят. Пару раз в день ее надо гладить и говорить в глаза, то есть в конфорки, ласковые слова. Робот-пылесос… м-да! Не очень хотел подсоединять его к компании «Чудный наш дом», меня заставило это сделать одно обстоятельство: они все пройдохи, Епифан Армагеддонович сам приконтачится к семье и устроит вакханалию. Вы с ним построже!

– Ладно, – пробормотала я, паркуясь во дворе, – извините за мою непонятливость.

– Рад вас слышать, звоните в любой час дня и ночи.

– И последнее. Попросите холодильник не называть меня Виола Лимпопоновна. Пусть обращается просто по имени.

– Исправлю, – пообещал собеседник и отсоединился.

Но когда я вошла в квартиру, то получила букет новых сообщений.

«Продукты приедут через пять минут».

«Нет стирального порошка».

«У меня плохое настроение».

«Я застрял».