Коза и семеро волчат

 – Могу поменять рубашку, повязать галстук.

– Ты сейчас хорошо одет, – одобрила Марина, – но у нас тематическая свадьба! Я – Мария-Антуанетта, Саша – Людовик, не помню, какой по счету! Дом – Лувр! Поэтому нужно соответствовать по внешнему виду.

– Вроде бы королевская пара жила в Версале, – задумчиво протянул Маневин, – а на лето переселялась в замок Компьен.

Я дернула мужа за пиджак, Феликс с удивлением посмотрел на меня.

– Наверное, мое платье наверху? – осведомилась я.

– Да, да, – закивала Марина, – все одевайтесь, но не выходите в столовую.

– В комнате сидеть? – осведомился Феликс.

– В гардеробной? – одновременно с ним задал вопрос Дегтярев.

– Нет, конечно, идите в гостиную, – скомандовала «королева», – Саша, твой костюм в спальне.

– Ты только что сказала, что мужчины отправляются в гардеробную первого этажа, – напомнил полковник.

– Правильно, – согласилась Марина, – Кузя, Леня и Сеня там переодеваются.

– А я, значит, не мужчина, – нахмурился полковник.

– Мужчина, – сказала «королева», – для тебя все в комнате приготовлено, ты же живешь в доме.

– Как-то странно слышать: «Мужчины идут в гардеробную, а ты в спальню», – бубнил Александр Михайлович.

– Давайте отнесу ваш костюмчик туда, где висит одежда для гостей, – нашла Нина соломоново решение неожиданно возникшей проблемы.

– Хорошая мысль, – обрадовался полковник.

Невеста попыталась воззвать к разуму жениха:

– Саша, там маленькое помещение, четырем мужикам неудобно одеваться.

– Ничего, в тесноте, да не в обиде, – заметил Феликс, – я, пожалуй, тоже примкну к компании.

– И Гарика к вам отправить? – осведомилась Нина.

– Он пока не вернулся, – ответила Марина, – ох, похоже, он что-то задумал, вот уже несколько дней утром сматывается, и целый день его нет.

Я поспешила к лестнице. Если Гарик неожиданно исчезает из Ложкина и где-то проводит время, то жди беды. Скорей всего, родственничек Феликса уж в который раз занялся бизнесом. Чего он только не придумывал ранее. Хотел разводить енотов-полоскунов, которые заменят собой стиральные машины. Но особенно восхитила меня съедобная втулка от рулона туалетной бумаги. Воистину гениальная идея. Рулон закончился, а кругляшку, на которую бумагу намотали, можно слопать, сидя на унитазе. Из любимого сыночка Зои Игнатьевны бьет фонтан нечеловеческого креатива.

Я вошла в спальню и замерла. Ну и ну! Посередине комнаты на переносной вешалке красуется наряд пронзительно-синего цвета. Верхняя его часть – корсет с рукавами, к нему пришита огромная юбка, похожая на абажур. Рядом стоят красные туфли с высоким каблуком и платформой.

– Ну как? – спросила за моей спиной Марина.

Я вздрогнула от неожиданности и ответила:

– Сногсшибательно.