Ковчег Марка

Так ничего и не поняли, – жалобно выговорила другая ее часть, которая возродилась после нападения в каком-то новом виде. Тут вступила первая часть: – Паша, постой, не трогай меня! Нам нужно подумать.

– Мы не можем сейчас думать.

– Мы должны.

– Мы всегда всем всё должны. А сейчас нет. Что такое-то?.. Что ты брыкаешься?

– Нам нужно прийти в себя.

– Мы только сейчас и пришли в себя."

"Алла вдруг поняла: она не знает, что делать дальше. Как собрать из двух частей единое целое, она понятия не имеет. Как сделать так, чтобы это целое вновь стало женщиной сорока двух лет по имени Алла, представляло неразрешимую загадку.

Он сидел рядом, совершенно голый, – свет из кухни освещал прямые плечи, отражался от бритой башки, – и смотрел на Аллу со спокойным интересом.

– Я не могу, – сказала она неизвестно о чем.

– Почему?

…А правда, почему не могу, удивилась новая возродившаяся часть. Только что я была уверена, что смогу – всё!..

Проще всего и безопасней всего сейчас было удариться в детективное расследование. У них же есть их собственное расследование, так и не доведенное до конца.

– Павел, нам нужно узнать, кто убил вашего Виноградова. До завтрашнего вечера.

– Мы узнаем.

– Как?!

Он пожал прямыми плечами. Алла потрогала его плечи, погладила, провела рукой.

– Ты на лыжах где научилась кататься?

– Еще в школе. У нас хорошая лыжная секция была. А потом в университете стала в походы ходить с мальчишками. Это было интересно.

– Они, наверное, там все в тебя влюблялись. Поэтому ты и ходила.

– В походе никто ни в кого не влюбляется, ты что!.. Поход – это такое братство, считай, монастырь.

– Это смотря какой поход, Алчёнка.

– А ты ходил?

Он помотал головой отрицательно, как она сама давеча. Лег и притянул её к себе.

– У тебя был муж?

– А почему ты думаешь, что у меня сейчас нет мужа?

Это был вопрос… просто так. Чтобы посмотреть, что будет. Сродни тому, когда она спрашивала, почему они отказались от предложения Виноградова, может, стоило согласиться?..

Павел поморщился, как будто она ляпнула какую-то непристойность.

– Так был муж или вообще не было?

– Был, конечно, Павлуш. Мы развелись… подожди, когда же? … десять лет назад. Я уже давно директором завода была. А он хотел… подожди, чего же он хотел?… нормальной семейной жизни.

– А была ненормальная?

– Павел, ты бы согласился жить с директором завода?..

– Я собираюсь жить с директором завода, – возразил он. – Правда, с бывшим. Но ты ведь всё равно станешь командовать и переиначивать всё на свой лад.

– И что? Тебя это не пугает?

– Нет. Почему? Я не люблю слабаков, Алчёнка. Ни мужиков, ни баб. Я не знаю, как с ними обращаться. А как с тобой – знаю. Надо мне этому вашему Володе почетную грамоту выписать, чтобы он папаше ее передал. С благодарностью от меня.