О любви, которой не было

Тем более, к растворимому кофе я вполне успела привыкнуть за это время.

С огромным наслаждением сделала глоток, садясь на диван на место Кирилла.

Дома. Дома…

И если быть откровенной, то уходить отсюда никуда не хочется… Тянет пробежаться по комнатам, раскинув руки и вопя во весь голос от радости…"

"Кирилл вернулся в кухню минут через десять, когда я допивала вторую порцию кофе. В защитных брюках и тёмно-серой футболке, гладко выбритый — на работу собирается…

Положил на стол мой мобильник и сразу на автомате протянул руку к моей чашке… И я по привычке подвинула её вперёд — въевшаяся с годами манера воровать друг у друга кофе из-за того, что самим лень себе наливать…

Уже делая глоток, он поднял глаза на меня, и я едва заметно улыбнулась ему…

Кирилл поставил чашку обратно на стол. Подошёл к рабочему столу и достал другую, нажал многострадальный чайник…

— Тяжело нам будет с тобой, Ир… — тусклый какой-то голос…

Вздохнула и опустила голову. Взяла в руки телефон… Едва не рассмеялась — пустая история браузера. Потыкала иконки на экране — в вызовах тоже пусто. Только в телефонной книге мои номера остались — и на том спасибо. Хотя… Виталика нет. Ну раз таааак…

Я подняла глаза на Кирилла, примостившегося задницей на краю рабочего стола с чашкой в руках.

— А где твоя новая дама сердца? — я невинно хлопнула ресницами, чувствуя, как в груди просыпается комок ядовитых змей. — Она же не будет пока тут жить, правда?

Кирилл цинично покрутил чашку в руках и задумчиво протянул:

— Не знаю. Мне из собственного дома мотаться в город каждый раз тоже не особо хочется…

Змеи ужалили все разом, вызывая мучительный жестокий приступ ревности… Здесь, рядом со мной трахаться с ней?!

Не думая ни о чём, подскочила с места и бросилась к двери. Не хочу его больше видеть. Пусть подавится своей новой счастливой жизнью, я мешать не собираюсь…

— Ира! Твою мать… — он озверело закричал мне в след, пока я неслась по коридорчику к веранде. — Ну-ка стой!

Да поняла я уже, что босиком дальше ворот не убегу… Остановилась у большого шкафа с верхней одеждой, кусая трясущиеся от обиды губы. Скотина…

— Сюда иди.

Не шевельнулась, даже не оглянулась, только вытерла ладонью подступившие слёзы.

— Ира! — Кирилл рыкнул так, что на секунду стало страшно…

Слышала за спиной его шаги и сердитое сопение. Тяжёлая ладонь хлопнула по плечу, разворачивая меня лицом к мужу.

Он презрительно-брезгливо бросил:

— Ты отлично знаешь, что не будет. Оставь свои истерики таким, как Виталик или как его там… За ворота ни шагу. Я на работу.

Он отпустил меня и прошёл мимо в сторону двери.

Почему-то от его слов стало ещё обиднее, чем от чувства ревности.