Котоняня таверны «Грань» (СИ)

— Мама где-то вычитала про двойственную природу Ланы… Если коротко, то источник силы в ее храме подобен солнцу, которое то освещает землю, то уходит за горизонт и освещает подземный мир. Почти тысячу с лишним лет назад источник стал ослабевать и постепенно потух.

— Твоя мама считает, что источник вот-вот пробудится?

— Разве она не права? Таверна, которая, как ни назови, на самом деле темный храм, пробуждается. Почему бы светлому храму не пробудиться? Я сюда пришел, чтобы это выяснить.

— И?..

— Если источник меня признает, как тебя признал Талисман, то спор будет решен в мою пользу. И больше того, юридически я буду не просто опекуном, я буду полноправным владельцем.

— Тогда не лучше ли мне сейчас уйти? — уточнила я, наморщив нос.

— Почему?

— Тебе напомнить, как мы оказались женаты?

Из-за Талисмана Оракул признал меня владелицей, но и Равану в праве собственности не отказал, и получилось… что получилось. Не скажу, что я недовольна, но очень хотелось исключить любые коллизии.

— Боишься, что Оракул решит дать нам развод? — хмыкнул Раван."

"Вроде бы шутка, но под ней чувствовалась такая горечь, что я с ходу не нашла что ответить, поэтому выдохнула:

— Боюсь.

Раван заметно растерялся от такой прямоты, а я… я растерялась от того, насколько правдив был мой ответ. У нас странно началось, отношения работодателя и наемной няни внезапно сменились фиктивным браком, и вдруг… я сама первой потянулась за поцелуем, а Раван ответил обжигающе горячо и так страстно, что у меня весь мир перевернулся.

Я почувствовала, как кровь закипает в самом буквальном смысле слова. Меня обжигало изнутри.

Раван резко отстранился:

— Лили?!

— Я…

— Лили, у тебя инициация началась… У тебя кристалл хоть один при себе есть? Послушай, попытайся направить магию на меня.

Я только глазами захлопала.

Дышать становилось все тяжелее, а бегущий по венам жар начал причинять боль. Кристалла у меня с собой не было. Горстка лежала в таверне.

— Я думала, инициация мне уже не грозит…

— Лили, сосредоточься и направь магию в меня. — Раван наклонился и снова поцеловал меня.

Что произошло дальше, я поняла плохо. Помню, что было жарко, больно, что мне казалось, будто я горю и огня в крови все больше. Помню, как Раван что-то шептал, объяснял, уговаривал. А еще он целовал так, что мне становилось легче.

Не знаю, чем могла закончиться инициация: успел бы Раван принести кристалл или я бы… погибла.

— Мяу, — раздалось где-то рядом.

— Лили, да очнись ты!

— Не тряси меня.

Раван снова поцеловал.

Я потянулась к нему всей душой, и вдруг мешавший мне жар словно выплеснулся в окружающее пространство.

— Мяу, — раздалось увереннее.

Ко мне постепенно возвращалось сознание. Оказывается, я давно сидела на полу, Раван устроился рядом, удерживая меня в объятиях.