Котильон

Я надеюсь, ты подаришь мне истинную историю о том, что случилось в Арнсайде? Правда, Хью и Долф сделали предложение Китти?

— Да, хотя любой заранее сказал бы им, что зря старались. Не могли же они надеяться, что Китти согласится на предложение ради наследства! Ей известно, что мне деньги не нужны, что она всегда мне чертовски нравилась. Вот я и закинул удочку, и, как видишь, все в порядке! Думаю, мы отлично поладим!

Складка пролегла между бровей мистера Веструдера, но он продолжил все еще весело:

— О, прости меня! Но как же решился ты, при таких обстоятельствах, оторваться от своей, э-э, нареченной? Ты, который всегда столь любезен!

— Не оторвался, я привез ее в город, — бодро вставил фитиль Фредди. — Представил родителям. Она на Маунт-стрит.

Он внимательно следил, как его собеседник проглотит эту пилюлю, и был слегка озадачен. Догадка светилась в глазах Джека, и тень улыбки пряталась в уголках губ. Он потрепал Фредди по плечу:

— Поздравляю тебя, кузен! Я уверен, что вы прекрасно подойдете друг другу! Конечно, я буду на Маунт-стрит, чтобы засвидетельствовать почтение будущей миссис Станден, но пока передай ей мои наилучшие пожелания!

— Благодарю. Вероятно, она поживет у Мег.

— Тогда я навещу ее на Беркли-сквер. Какой прелестный сюрприз для Мег! А вот и она сама!

Он замолчал, наблюдая, как леди Букхэвен, закончив контрданс, скользит к ним по паркету.

— Любимая кузина, вот Фредди, у которого для тебя чудесные новости! Я вас оставлю, но предупреждаю, что, как только заиграют вальс, ты — моя, и я не потерплю, чтобы меня променяли на него!"

"Леди Букхэвен, очень живая, хорошенькая блондинка, с большими, немного выпуклыми, как у матери, глазами, воскликнула:

— Как ты можешь, Джек! Будто я деревенщина, чтобы танцевать с собственным братом! Фредди, где ты был целую вечность? Что ты хочешь сказать?

Его глаза следили за удаляющимся кузеном, и он спросил с осуждением:

— Что он тут нес: «Любимая кузина…»?

— Ну а кто же я ему! — рассмеялась она.

— Нечем хвастаться, — отрезал Фредди, представив мысленно свою семью. — Так или иначе, не стоит поощрять его!

— Не будь таким варваром, Фредди! Он самый очаровательный повеса в городе, и подумай, как восхитительно посмеяться над всеми этими Шарлоттами Килвингтон, которые теперь ногти грызут от ревности! Поверь, ты так же глуп, как леди Букхэвен! Кстати, Фредди, это старое веретено все твердит, что мне нельзя оставаться в Лондоне, пока здесь нет Букхэвена!

— Да, я слышал. Кое-что придумал. Поэтому я здесь.

— О, Фредди, ты гений, ну скажи же мне скорее! — закричала она, восторженно хлопая в ладоши.

— Хорошо, но не пыли! — остановил ее придирчивый брат.