Кот Василий

Ту самую, после которой у него, Василия Князева, жизнь кончилась.

Он тогда шел домой, думал о чем-то… Князь даже помнил, о чем он тогда думал. О малышке. О том, как придет, дождется ее, утащит к себе и будет любить всю ночь. О ее губах, о ее тонком теле под собой. О том, какой он, сука, счастливый! И как ему повезло, хоть раз в этой гребанной жизни повезло по полной программе!

Долговязый урод сидел на лавочке возле  подъезда.

Встал, увидев его, сделал движение, будто смыться хотел. Василий даже притормозил слегка, великодушно позволяя использовать свой шанс не быть битым.

Но у придурка, похоже, отыскались-таки яйца, потому что он дождался. И даже лыбился отвратно.

И, видя по глазам, что Князь особо на разговор не настроен, опередил события.

- Слышь, дядя, ты, говорят, омоновец, да? Недавно в командировке был?

- И тебе привет, сопля. Чего ждешь здесь? Пиз**лей?

- А ты в курсе, где Кети была, пока ты родине давал?

Пи**юк предусмотрительно сдвинулся так, чтоб Князь не мог его достать одним движением. Ну, это он так думал. Потому что Князь смог.

Тонкая шейка захрустела под пальцами, а придурок захрипел, быстро проговаривая слова, осознавая, что времени у него нет совсем:

- Она со мной спала…

- Пи**абол!

- Смотри!

Князь не собирался смотреть. Мало ли в интернете разной грязи. Любой дебил, даже этот отбитый, сможет с помощью фотошопа любой компромат сделать. Да и когда она с ним спала, если  все время с ним, с Василием?

Но фотки на экране последнего айфона выглядели очень натурально.

Князь, одной рукой продолжая придерживать за горло Орешникова, быстро пролистывал картинки. Вот знакомые, из клуба, с довольной смеющейся Кет. Это фигня, она все объяснила.

А вот еще. Она на руках долговязого придурка, лицо спрятала, волосы рассыпаны, а у него взгляд радостный и дурной.

Вот селфи в постели. Поцелуй. У нее глаза закрыты, рука на тощей шее.

Князь неосознанно сдавил посильнее, опомнился, услышав тонкий сип, чуть разогнул пальцы."

"Вот она, его Кет, раздетая, лежит в одеялах, ножка тонкая закинута на талию тоже голого хлыща.

Князь уронил айфон на асфальт, развернулся к уже серьезно посиневшему Орешникову. Оттолкнул от себя, вытер пальцы о джинсы.

- И че ты мне хотел сказать? Это вообще нифига не значит, ты, тварь!

- Не веришь, значит? - Орешникову звуки давались плохо. Скорее всего, Князь нехило передавил гортань, и теперь долго еще дебилу шипеть, как гадюке, - ну тогда могу в красках рассказать, че было. Или, может, описать, где у нее шрамы? Родинки? Как она стонет во время секса? Че говорит?

Орешников встал с земли, сплюнул, попав точно на свой разбитый телефон, уселся на лавочку, глядя на Князя с вызовом и небывалой смелостью.

- Ты, дядя, совсем не знаешь ее, понял? И чего она хочет, не знаешь. А я знаю. Она моя должна была быть, еще со школы.