Кот Василий

А тот и доволен, осталось только язык вывалить и облизать ее с ног до головы, смыть мерзкие слюни длинной твари. Кстати, о нем…

- Ты, гнида прыщавая, нихера не понял в прошлый раз? - спокойно и даже как-то ласково спросил Василий напряженного кавалера Кет, - иди поближе, объясню.

- Да пошел ты! - внезапно тонко и зло выкрикнул парень, и Князь его даже зауважал чуть-чуть. Ну надо же, не обоссался в первые же минуты. Но затем придурок опять открыл пасть, и Князь пожалел о своем минутном порыве, - нужна она больно, подстилка! Сосет все равно плохо!

Кет в его руках крупно дрогнула всем телом, замерла, а затем попыталась отстраниться, закопошилась, но Василий только прижал сильнее, не удержавшись, проведя пальцами по узкой спине, останавливаясь на талии и рывком подтаскивая еще ближе. Девочка тихо всхлипнула и спрятала лицо у него на груди.

- Вот как? - Князь даже не разозлился на слова придурка, ясно же, что дурак, - плохо, говоришь, сосет…

Он демонстративно по-зоновски цыкнул зубом, усмехнулся, глядя прямо в бегающие глазки:

- Так, может, покажешь класс? А? Сюда иди, говорю…

Глаза дебила стали просто огромными, как у бешеного лемура из детского мультика, что так любил смотреть  погибший этой зимой Корень в перерывах между дежурствами. Попятившись назад и выставив перед собой руки в нелепой попытке… Защититься? Угрожать? Придурок только губами шевелил, видно, придумывая, что бы такое сказать, или возразить, или…

Но тут Князь, легко отставив девочку за спину, шагнул вперед, разом отхватив половину расстояния между ними и неудачливым кавалером, глаза у того стали еще больше, и буквально через полсекунды Василий  нахмуренно наблюдал дерганную спину придурка уже в районе соседнего дома. Очень далеко. Пожалуй, он недооценил его прыть. И его наглость. Ну это же надо: после серьезного прошлого разговора приставать в Кет прямо возле подъезда!

Наверно, дело в  нем, в Князе. Теряет, бл*, дар убеждения. Стареет.

- Стоять! - А вот это он вовремя повернулся, девчонка уже практически скрылась за дверями подъезда, по-привычке сбегая под шумок.

Нет, так-то оно правильно, конечно, нефиг бабам стоять на линии обстрела, но в этот раз не мешало бы разобраться. Какого хера она позволяет целовать себя какому-то придурку?

Нет, она отбивалась конечно, но как-то очень вяло, несерьезно. Может, он помешал? Может, она только для вида, чтоб лицо не терять?

Мысли в голове бродили вялые и дурные, к тому же по нервам дал отходняк после увиденного. И злость наконец-то накатила. На себя, в основном, правда. За то, что опять себя, как кретин ведет.

Надо бы отпустить девочку, пусть бежит прочь быстрее, а никак. Вот никак. Перед глазами так и стоит картина ее обнимашек с долговязым уродом.

Кет замерла, вцепившись в ручку двери, не поворачиваясь.