Кот Василий

Кет, наблюдая эту пошлую сцену, машинально отступала все дальше и дальше от лифта, не в силах почему-то отвернуться. Пойти. Побежать.

Василий встретился с ней взглядом, все таким же темным, жестким, сделал какое-то движение, то ли выйти хотел, то ли ей указывал на то, чтоб ушла, а затем загрохотавшие створки лифта отрезали их друг от друга.

Кет остолбенело смотрела на закрывшиеся двери, не в силах поверить в то, что только что увидела.

Не в силах осознать произошедшее.

Перед глазами все еще стояла картина того, как Василий, ее Василий, обнимает другую женщину буквально через полсекунды после того, как обнимал ее, Кет. Как целовал ее. Как говорил ей все эти бессвязные, но такие нужные слова.

Произошедшее просто не укладывалось в голове.

Кет, словно в ступоре, развернулась и пошла к себе.

Зашла, разделась, налила себе чаю на кухне, села за уроки.

И опомнилась только через час, тупо разглядывая раскрытый учебник.

Захлопнула книгу, сходила в душ и легла спать.

Василий обнимал блондинку, сдергивал с нее одежду, силой опускал на колени перед собой. Придерживал голову, наматывая длинные волосы на кулак, задавая темп.

И смотрел на Кет. И глаза его были словно два колодца. Не кошачьи. Черные. Страшные. Поглощающие. Кет затягивало в омут, корежило, мучило.

Она лихорадочно хватала воздух сухими губами, пытаясь выплыть и понимая, что надежды нет, что утонула.

Широкая крепкая ладонь на блондинистом затылке сжалась сильнее, заходила жестче, темные глаза, без просвета, без надежды на спасение, подчиняли, звали.

Обещали.

Кет проснулась вся мокрая, еле успела добежать до туалета,  и ее вырвало желчью.

На следующий день, неизвестно откуда найдя силы не только подняться в колледж, но и отсидеть там все четыре пары, Кет  не сразу признала, погруженная в какую-то апатию, без мыслей и эмоций, в темной долговязой фигуре у ее лавочки Орешникова.

Она даже удивиться не смогла. Да и отвыкла от него.

Все это время он избегал ее, старательно делая вид, что в упор  не замечает, и был крайне занят какими-то бесконечными своими похождениями на любовном фронте, о которых  с завидной регулярностью оповещал однокурсников.

Кет прошла бы мимо, так и не заметив его, но парень перегородил ей дорогу и вынудил поднять глаза.

- И чего это мы не здороваемся? А? Гордые стали?

Кет молча попыталась обойти его, но была схвачена за локоть, задергалась, стараясь выбраться, но пальцы Орешникова держали, словно железные.

- Че, со своим бугаем совсем страх потеряла?

- Отпусти!

- А чего его давно не видно? Я посматривал, уже пару месяцев точно нет, а может и больше. Съехал что ли? А? А чего же тебя не взял с собой? Плохо давала?

Кет посмотрела в дикие глаза Орешникова и поняла, что у того основательно сорвало крышу. И дело даже не в том, какие гадости он говорит. Нет.