Кофе, кот, мужчины и я

— Ну да, — согласился Сергей. — Ему меня особо не за что любить. Придется как-то искать общий язык.

Сидели мы долго, до самого закрытия. Я рассказала про свою затею с антикафе, и Сергей ее одобрил.

— Если есть желание, обязательно надо попробовать. Если даже не получится, хотя бы жалеть не будешь, что рискнула. Нам тоже все говорили, что ничего не выйдет, но вышло же. Хорошая клиника получилась, рейтинг высокий. Жаль будет ее продавать.

У моей парадной стояли долго. То есть не просто стояли, конечно. И даже мысль пробежала: а может… Но тут Сергей все-таки меня отпустил. Не без сожаления, как мне показалось.

— Спокойной ночи, Сонь. Я позвоню?

— Конечно, — кивнула я, разыскивая в сумке ключи. — Спокойной ночи.

Глава 34

«Сонь, привет. Ты в субботу свободна?»

Я настолько закопалась в работу, что даже не сразу сообразила, кто такая Наташа.

А, ну да, которая из мафиозного клуба. Енотаева.

«Привет. Вроде да».

«А Серый?»

«Не знаю, а что?»

В понедельник мы были в кино, в среду сходили в антикафе: я изучала чужой опыт. Сидели, болтали, пили кофе и играли в детское лото — со зверюшками. Вечер получился приятный, но кафе показалось никаким. Без изюминки, сказала бы Лида. Сегодня я наверстывала работу, в пятницу, как обычно, должен был зайти Игорь Ильич, а насчет субботы планов пока не возникло.

«Сонь, приходите к нам. Есть разговор по Серегиной клинике».

«Сейчас спрошу».

Сергей ответил, что в субботу вечером свободен и что к Наталье сходить можно. Мы быстренько обсудили все детали и договорились, что к семи подъедем.

«Ты в теме, что там за разговор такой?» — спросил он.

«Нет. Самой интересно. Придем — узнаем»."

"Пикс запрыгнул на стол — теперь у него это хорошо получалось, даже группироваться не надо было. Покосился на меня и разлегся перед монитором, загораживая картинку. Особо церемониться не стала, сдвинула в сторону.

Отношения у нас все еще оставались напряженными, но прятаться по углам он перестал. Спал в ногах, по утрам традиционно запрыгивал на кухонный диван. Мне оставалось лишь догадываться, что это: демонстрация мирных намерений или, наоборот, того, что все в этой квартире принадлежит коту: и кровать, и диван, и рабочий стол, который я по какому-то недоразумению считаю своим.

— Ну что, Сонечка, остался последний мирный месяц? — спросил на следующий день Игорь Ильич, когда я поставила перед ним чашку кофе.

— В смысле? — не поняла я.

— В марте уже надо будет заниматься квартирой. Не передумала еще насчет кафе?

— Нет. Только думаю, как сделать его особенным. Позавчера были в одном. Ну приятное такое место, но… выйдешь и забудешь. А хочется, чтобы возвращались.

— Были? — улыбнулся он.

— Ну… — смутилась я.

— Сонечка, в тебе что-то изменилось. Как будто огонек какой-то зажегся.